Политика
1906 - 1962
Организатор депортаций евреев в лагеря смерти
Адольф Эйхман - офицер СС, оберштурмбаннфюрер и руководитель отдела IV B 4 Главного управления имперской безопасности (РСХА). Был одним из главных организаторов депортации европейских евреев в гетто и лагеря смерти.
Весной 1944 года Адольф Эйхман прибыл в Будапешт, где возглавил операцию по депортации венгерских евреев. За несколько недель подчиненные ему сотрудники СС при содействии венгерских властей организовали отправку сотен тысяч людей в Аушвиц. Поезда следовали один за другим, а большинство депортированных погибло вскоре после прибытия.
Эйхман не командовал армиями и не занимал министерских должностей. В иерархии Третьего рейха он был чиновником среднего руководящего уровня. Однако именно через его отдел проходила организация многочисленных депортаций, ставших частью Холокоста.
После войны он сумел скрыться в Южной Америке и почти десять лет жил под чужим именем. Но в 1960 году его обнаружили израильские спецслужбы. Последовавший суд в Иерусалиме привлек внимание всего мира и впервые позволил миллионам людей подробно услышать свидетельства переживших Холокост.
Адольф Эйхман родился 19 марта 1906 года в Золингене, промышленном городе на западе Германской империи. Его отец Карл Адольф Эйхман работал бухгалтером и впоследствии занял руководящую должность на предприятии. Мать Мария, урожденная Шефферлинг, занималась воспитанием детей.
В 1914 году семья переехала в австрийский Линц, где отец получил работу в энергетической компании.
Детство Эйхмана прошло в относительно обеспеченной обстановке. Однако в школе он не показывал выдающихся результатов и не проявлял большого интереса к учебе.
После смерти матери в 1916 году отец женился повторно. В семье появились еще двое детей.
В юности Адольф начал изучать машиностроение, но не закончил обучение. Некоторое время он работал на предприятии, связанном с горнодобывающей промышленностью, а затем занялся продажей электротехнического оборудования.
В 1927 году Эйхман получил работу торгового представителя нефтяной компании Vacuum Oil, входившей в группу Standard Oil.
Следующие годы он много путешествовал по Австрии, встречался с клиентами и занимался коммерческими поручениями.
Внешне его жизнь мало отличалась от биографии обычного молодого служащего. Он не имел университетского образования, военного опыта или серьезных политических заслуг.
Однако знакомство с национал-социалистами постепенно изменило направление его карьеры.
В апреле 1932 года Эйхман вступил в австрийскую НСДАП, а вскоре присоединился к СС.
Одним из людей, способствовавших его вступлению, был Эрнст Кальтенбруннер, будущий руководитель Главного управления имперской безопасности.
Когда в 1933 году австрийские власти запретили нацистскую партию, Эйхман перебрался в Германию. Здесь он прошел военную подготовку в составе Австрийского легиона - организации австрийских национал-социалистов, находившихся за пределами своей страны.
В 1934 году Эйхмана перевели в службу безопасности СС - СД.
Первоначально он занимался относительно обычной разведывательной работой: составлял отчеты, изучал политические организации и собирал информацию.
Позднее его направили в подразделение, следившее за еврейскими организациями.
Эйхман начал изучать сионистское движение, интересовался вопросами еврейской эмиграции и приобрел некоторые знания о еврейской общественной жизни.
В 1937 году он даже предпринял поездку на Ближний Восток, рассчитывая познакомиться с возможностями переселения евреев в Палестину, находившуюся тогда под британским управлением.
Но настоящим поворотом в его карьере стал аншлюс Австрии в марте 1938 года.
После присоединения Австрии к Германии Эйхмана отправили в Вену.
Нацистские власти стремились как можно быстрее вытеснить евреев из страны, одновременно лишая их имущества и средств к существованию.
В августе 1938 года в Вене открылось Центральное бюро еврейской эмиграции. Эйхман стал одним из главных организаторов его работы.
Новая система была устроена так, чтобы человеку, желавшему покинуть Австрию, приходилось проходить многочисленные проверки, получать разрешения и оплачивать обязательные сборы.
При этом еврейские организации вынуждали участвовать в подготовке эмиграции под контролем СС.
Имущество уезжавших подвергалось конфискации или принудительной продаже. Получить разрешение на выезд нередко можно было лишь после передачи большей части состояния.
Эйхман сумел организовать работу учреждения таким образом, что процесс принудительной эмиграции заметно ускорился.
В 1938-1939 годах Австрию покинули десятки тысяч евреев, а венская система стала образцом для аналогичных учреждений в других частях нацистского государства.
В 1939 году подобное бюро появилось в Праге, куда Эйхман также распространял свои методы.
В глазах руководства СС он постепенно превратился в специалиста по так называемому еврейскому вопросу.
После нападения Германии на Польшу в сентябре 1939 года положение европейских евреев резко ухудшилось.
Под немецкой властью оказались миллионы людей, а нацистское руководство начало разрабатывать планы массового переселения населения.
Эйхман участвовал в организации депортаций евреев из Австрии и протектората Богемия и Моравия в район Ниско на оккупированной польской территории.
Этот проект не был реализован в первоначальном масштабе, но позволил нацистским ведомствам отработать механизмы массовой перевозки людей.
В 1940 году рассматривался также план депортации европейских евреев на остров Мадагаскар, находившийся под французским колониальным управлением.
Эйхман и его сотрудники участвовали в подготовке расчетов и организационных предложений. Однако британский контроль над морскими коммуникациями и дальнейшее развитие войны сделали такой проект практически невыполнимым.
К этому времени политика нацистов становилась все более радикальной.
Вместо принудительного выезда за пределы Германии все большее значение приобретали депортации в гетто и другие места заключения на оккупированных территориях.
В сентябре 1939 года в Германии было создано Главное управление имперской безопасности, объединившее гестапо, криминальную полицию и службу безопасности СД.
В 1941 году Эйхман возглавил отдел IV B 4, отвечавший за еврейские дела и связанные с ними депортации.
Он получил звание оберштурмбаннфюрера СС, примерно соответствовавшее подполковнику.
Эта должность не делала его одним из главных политических руководителей Германии, но давала возможность координировать действия государственных учреждений, полиции, железнодорожных ведомств и оккупационных администраций.
Подчиненные Эйхмана работали во Франции, Нидерландах, Бельгии, Словакии, Греции и других европейских странах.
Они составляли графики эшелонов, согласовывали списки депортируемых, добивались выделения вагонов и взаимодействовали с местными властями.
Именно поэтому Эйхмана часто называют архитектором Холокоста. Однако это определение не означает, что он единолично разработал план уничтожения европейских евреев. Решения принимались высшим руководством нацистского режима, а Эйхман стал одним из главных организаторов их практического осуществления.
По оценке Мемориального музея Холокоста США, он сыграл центральную роль в депортации более полутора миллионов евреев в гетто, лагеря уничтожения и места массовых убийств.
20 января 1942 года высокопоставленные представители нацистских ведомств собрались в берлинском пригороде Ванзе.
Совещание возглавлял Рейнхард Гейдрих, начальник РСХА. Его целью была координация действий различных государственных структур в осуществлении так называемого окончательного решения еврейского вопроса.
Эйхман участвовал во встрече и занимался подготовкой ее протокола.
В документе обсуждалась судьба примерно одиннадцати миллионов евреев, проживавших в европейских странах, включая территории, еще не находившиеся под германским контролем.
К моменту конференции массовые убийства уже происходили на оккупированных советских территориях, а нацистские власти начали использовать специальные места уничтожения людей.
После Ванзейской конференции роль отдела Эйхмана в системе депортаций еще больше возросла.
Наиболее масштабной операцией, которой Эйхман руководил непосредственно на месте, стала депортация евреев Венгрии.
В марте 1944 года немецкие войска оккупировали Венгрию. В Будапешт прибыла специальная группа СС под руководством Эйхмана.
В сотрудничестве с венгерскими властями она организовала создание гетто и массовую отправку еврейского населения в лагеря.
С середины мая до начала июля 1944 года из Венгрии депортировали около 437 тысяч евреев, преимущественно в Аушвиц-Биркенау.
Большинство прибывших были убиты в газовых камерах вскоре после прибытия.
Эйхман контролировал организацию перевозок, взаимодействовал с местными чиновниками и требовал соблюдения графиков.
Даже когда Германия терпела военные поражения, депортации оставались для него одной из первоочередных задач.
В конце 1944 года он продолжал добиваться отправки венгерских евреев, несмотря на разрушение транспортной системы и приближение советских войск.
В марте 1935 года Эйхман женился на Веронике Либль, которую близкие называли Верой.
У супругов родились четверо сыновей. Трое появились на свет в Европе, младший Рикардо - уже после войны, когда семья жила в Аргентине.
Во время службы в СС Эйхман старался сочетать семейную жизнь с карьерой. Он занимал различные административные должности, переезжал по служебным делам и регулярно отправлялся в командировки.
После поражения Германии жена некоторое время не знала, где он находится. Позднее она вместе с детьми перебралась к нему в Южную Америку.
Интересно, что младший сын Рикардо Эйхман впоследствии стал археологом, работал в Германском археологическом институте и публично дистанцировался от преступлений отца.
В мае 1945 года Эйхман оказался в американском плену, но сумел скрыть свою личность.
В 1946 году он бежал из лагеря для интернированных и несколько лет жил в Германии под вымышленным именем.
Он работал на лесозаготовках и избегал публичности, пока искал возможность покинуть Европу.
В 1950 году Эйхман получил документы на имя Рикардо Клемента и отправился в Аргентину.
В Буэнос-Айресе бывший офицер СС устроился на работу, позднее трудился на предприятии Mercedes-Benz. К нему присоединилась семья.
Однако со временем сведения о местонахождении Эйхмана дошли до израильских спецслужб.
В мае 1960 года агенты «Моссада» захватили его в Аргентине и тайно доставили в Израиль.
Эта операция вызвала дипломатический конфликт между Израилем и Аргентиной. Но вскоре Эйхман оказался перед судом в Иерусалиме, где ему предстояло ответить за действия, совершенные во время Холокоста.
11 апреля 1961 года в Иерусалиме начался судебный процесс над Адольфом Эйхманом.
Слушания проходили в здании Бейт-ха-Ам и привлекли огромное внимание мировой прессы.
Подсудимый сидел в специально оборудованной стеклянной кабине, защищавшей его от возможного нападения.
Израильские власти создали особую следственную группу, которая несколько месяцев собирала документы и показания свидетелей.
В распоряжении обвинения оказались приказы, служебная переписка, отчеты о депортациях и другие материалы, многие из которых содержали подпись Эйхмана.
Прокуратура предъявила ему 15 пунктов обвинения, включавших преступления против еврейского народа, преступления против человечности, военные преступления и принадлежность к преступным нацистским организациям.
Главным обвинителем стал генеральный прокурор Израиля Гидеон Хаузнер.
Суд рассматривал не только личную деятельность Эйхмана, но и обстоятельства Холокоста в различных европейских странах.
Большое значение имели рассказы выживших.
Бывшие заключенные гетто и лагерей описывали депортации, потерю родных, условия заключения и массовые убийства.
Для многих израильтян это стало первым столь подробным знакомством с личными свидетельствами людей, переживших Холокост.
Процесс транслировался по радио и снимался на видеокамеры. Материалы судебных заседаний распространялись по всему миру.
На процессе Эйхман пытался представить себя обычным чиновником, который лишь выполнял распоряжения вышестоящих руководителей.
Он утверждал, что не принимал политических решений и не обладал полномочиями отменять депортации.
Однако документы и свидетельства показывали, что его деятельность не сводилась к механическому исполнению приказов.
Эйхман самостоятельно решал многочисленные организационные вопросы, предлагал способы ускорения депортаций и добивался выполнения задач даже при возникновении сопротивления со стороны отдельных чиновников.
Суд установил его активное участие в преступлениях нацистского государства.
15 декабря 1961 года Эйхмана приговорили к смертной казни.
Защита обжаловала приговор, но 29 мая 1962 года Верховный суд Израиля отклонил апелляцию.
Последнее прошение о помиловании также было отклонено.
Среди журналистов, наблюдавших за процессом, находилась философ и политический мыслитель Ханна Арендт.
В 1963 году она опубликовала книгу «Эйхман в Иерусалиме. Отчет о банальности зла», которая вызвала продолжительные споры.
Арендт обратила внимание на то, что подсудимый не выглядел человеком, полностью соответствующим привычному представлению о жестоком преступнике. Он говорил языком канцелярских формулировок, постоянно ссылался на приказы и пытался представить собственную деятельность как обычную служебную работу.
Именно с этим наблюдением связано знаменитое выражение «банальность зла».
Оно не означало, что преступления Эйхмана были незначительными. Речь шла о способности человека участвовать в чудовищном насилии, воспринимая собственные действия как выполнение административных обязанностей.
Впоследствии историки изучили дополнительные документы и записи разговоров Эйхмана, сделанные в Аргентине еще до его захвата.
Эти материалы позволили глубже рассмотреть его нацистские убеждения и показали, что образ безвольного исполнителя, предложенный им на суде, был неполным.
Сегодня исследования Эйхмана продолжают затрагивать вопрос о соотношении личной идеологической убежденности, карьерных интересов и подчинения приказам в механизме массовых преступлений.
После отклонения апелляции и прошения о помиловании Эйхмана перевели к исполнению смертного приговора.
В ночь с 31 мая на 1 июня 1962 года его повесили в тюрьме Рамле в Израиле.
Ему было 56 лет.
Тело кремировали, а прах развеяли над Средиземным морем за пределами территориальных вод Израиля, чтобы не создавать место захоронения, способное привлечь сторонников нацизма.
Казнь Эйхмана стала единственным случаем исполнения смертного приговора гражданским судом Израиля по закону о наказании нацистов и их пособников.
Процесс имел огромное историческое значение. На нем были представлены документы, раскрывавшие механизмы депортаций, а свидетели рассказывали о судьбах людей, ставших жертвами Холокоста.
Суд над Эйхманом также показал, что организация массовых убийств требовала участия не только высшего политического руководства, но и большого числа чиновников, обеспечивавших работу транспортной системы, полиции и оккупационных администраций.
Эйхман не был единственным создателем политики уничтожения европейских евреев. Однако его карьера стала одним из наиболее известных примеров того, какую роль в геноциде мог сыграть руководитель относительно небольшого государственного отдела, обладавший организационными полномочиями и решимостью выполнять преступные задачи.
Сообщите нам - или выделите текст и нажмите Ctrl + Enter