Открытие хлорпромазина (1952)

Психиатрия до лекарств

К середине XX века у психиатров почти не было эффективных средств лечения тяжелых психических расстройств, прежде всего шизофрении. Больных годами, а то и пожизненно держали в огромных психиатрических больницах. В США в таких больницах в середине 1950-х годов находилось более полумиллиона человек. Возбужденных пациентов удерживали смирительными рубашками, помещали в изоляторы, усыпляли барбитуратами или хлоралгидратом, заворачивали во влажные простыни.

В 1930-е годы появились «шоковые» методы. Австрийский врач Манфред Закель вызывал у больных инсулиновую кому, венгр Ладислас Медуна - судорожные припадки с помощью камфоры и кардиазола, а итальянцы Уго Черлетти и Лючио Бини в 1938 году предложили электросудорожную терапию. Португальский невролог Эгаш Мониш разработал лоботомию - хирургическое разрушение связей лобных долей мозга - и в 1949 году получил за нее Нобелевскую премию. В США лоботомию поставил на поток Уолтер Фримен, проводивший операции через глазницу. Многие из этих методов были опасны, жестоки и необратимы, а их эффективность сомнительна.

Химия красителей и антигистамины

История хлорпромазина начинается с фенотиазина - вещества, синтезированного в XIX веке в Германии при производстве красителей. Позднее его производные использовали как противоглистные средства. В 1940-х годах французская химико-фармацевтическая компания «Рон-Пуленк» искала среди производных фенотиазина новые антигистаминные препараты - лекарства от аллергии. Так появился прометазин, ставший популярным средством от аллергии и снотворным.

Фармакологи заметили, что некоторые из этих веществ действуют на нервную систему, вызывая сонливость и успокоение. 11 декабря 1950 года химик Поль Шарпантье синтезировал вещество под лабораторным номером RP 4560 - хлорпромазин. Фармаколог Симона Курвуазье испытала его на крысах и обнаружила, что животные, которых приучили взбираться по канату при звуке сигнала, под действием препарата переставали реагировать на сигнал, хотя оставались способны двигаться. Вещество успокаивало, не усыпляя. Компания разослала его врачам для клинических испытаний.

Хирург Лабори

Одним из первых его получил Анри Лабори - хирург французского военно-морского флота, работавший в парижском военном госпитале Валь-де-Грас. Лабори занимался проблемой операционного шока - опасного падения давления и нарушения кровообращения, которое нередко убивало пациентов во время и после операций. Он считал, что шок вызывается чрезмерной реакцией нервной системы на травму, и пытался ее подавить с помощью «литического коктейля» из нескольких препаратов, вызывавшего состояние, которое он называл «искусственной гибернацией».

Включив хлорпромазин в свой коктейль, Лабори заметил, что пациенты перед операцией становились удивительно спокойными и безразличными к происходящему, хотя оставались в сознании. В начале 1952 года он опубликовал наблюдения и предположил, что препарат может пригодиться в психиатрии. Он уговорил коллег-психиатров попробовать его.

19 января 1952 года психиатры госпиталя Валь-де-Грас Жозеф Амон, Жан Парэр и Жан Веллю ввели хлорпромазин 24-летнему пациенту с тяжелым маниакальным возбуждением. Вместе с хлорпромазином больной получал другие препараты, но эффект был поразительным: через три недели он смог вернуться к нормальной жизни. Сообщение об этом случае было опубликовано в феврале 1952 года.

Делей и Деникер

Решающий шаг сделали психиатры больницы Святой Анны - крупнейшей психиатрической клиники Парижа. Ее руководитель Жан Делей, один из самых авторитетных французских психиатров, профессор и писатель, вместе со своим молодым сотрудником Пьером Деникером весной 1952 года начал давать хлорпромазин больным с психозами без других лекарств, систематически и в больших дозах.

Результаты превзошли ожидания. У возбужденных пациентов уменьшались тревога, агрессия, бред и галлюцинации; многие больные, месяцами находившиеся в состоянии острого психоза, становились спокойнее и доступнее для общения. В мае - июле 1952 года Делей и Деникер выступили с серией сообщений, в том числе на юбилейном заседании Медико-психологического общества, отмечавшего свое столетие, описав действие нового препарата. По рассказам современников, атмосфера в отделениях больницы изменилась: исчезли крики, смирительные рубашки становились ненужными.

В ноябре 1952 года «Рон-Пуленк» выпустила препарат во Франции под названием «Ларгактил» - от французского «широкое действие», поскольку он влиял на многие системы организма. В 1955 году Делей и Деникер предложили для этого класса препаратов термин «нейролептики» - вещества, «захватывающие» нервную систему.

Путь через океан

Новость распространялась по Европе быстро. В Северную Америку хлорпромазин принес немецкий эмигрант Хайнц Леманн, работавший в психиатрической больнице в Монреале. По его воспоминаниям, он прочитал рекламную брошюру о препарате, лежа в ванне, и в 1953 году первым на континенте испытал его на пациентах, получив сходные результаты.

Американская компания «Смит, Клайн энд Френч» купила лицензию у «Рон-Пуленк» и в 1954 году, получив одобрение Управления по контролю за продуктами и лекарствами, выпустила препарат под названием «Торазин». Поначалу компания продвигала его как средство от рвоты, но вскоре главным стало применение в психиатрии. За восемь месяцев препарат получили около двух миллионов американских пациентов. Хлорпромазин стал одним из самых продаваемых лекарств в мире.

В Советском Союзе хлорпромазин под названием «аминазин» начали производить в середине 1950-х годов. Он стал основным психиатрическим препаратом советских больниц на десятилетия.

Революция в больницах

Хлорпромазин изменил психиатрию. Впервые у врачей появилось средство, которое не просто усыпляло пациента, а уменьшало сами симптомы психоза. Число пациентов американских государственных психиатрических больниц достигло максимума в 1955 году - около 560 тысяч человек - и затем начало снижаться. Начался процесс «деинституционализации»: больных выписывали и лечили амбулаторно. Этому способствовали также изменения законодательства, финансирования и общественных взглядов, но новые препараты сделали его возможным.

Хлорпромазин дал толчок поиску других психотропных средств. Швейцарский психиатр Роланд Кун, испытывая похожее на хлорпромазин вещество имипрамин, в 1957 году открыл первый антидепрессант. Бельгийский фармаколог Пауль Янссен в 1958 году создал галоперидол - мощный нейролептик нового класса. Психиатрия стала опираться на биохимию мозга.

Как он работает

Механизм действия хлорпромазина долго оставался загадкой. В конце 1950-х годов шведский фармаколог Арвид Карлссон показал, что вещество дофамин является самостоятельным нейромедиатором - передатчиком сигналов в мозге. В 1963 году он предположил, что нейролептики блокируют действие дофамина. В 1970-х годах исследователи установили, что сила действия антипсихотических препаратов прямо связана с их способностью блокировать определенный тип дофаминовых рецепторов. На этом наблюдении основана «дофаминовая гипотеза» шизофрении. Карлссон в 2000 году получил Нобелевскую премию.

Цена лечения

Хлорпромазин не излечивал шизофрению, а подавлял симптомы, и имел тяжелые побочные эффекты. У многих больных возникали скованность, дрожь и замедленность движений, похожие на болезнь Паркинсона. При длительном приеме развивалась поздняя дискинезия - непроизвольные движения губ, языка и конечностей, иногда необратимые. Препарат вызывал сонливость, апатию, набор веса, повышенную чувствительность кожи к солнцу.

Критики стали называть нейролептики «химической смирительной рубашкой». В 1960-х годах возникло движение «антипсихиатрии», представители которого - Рональд Лэйнг, Томас Сас, Мишель Фуко - ставили под сомнение само понятие психической болезни и право общества изолировать и «усмирять» людей. Деинституционализация, проводившаяся без достаточной поддержки бывших пациентов, во многих странах привела к тому, что тысячи больных оказались на улице или в тюрьмах.

В Советском Союзе нейролептики стали одним из инструментов карательной психиатрии: инакомыслящих помещали в специальные психиатрические больницы и принудительно лечили высокими дозами препаратов, вызывавшими мучительные побочные эффекты. Использование медицины для подавления людей за их убеждения было грубым нарушением прав человека и врачебной этики.

Итоги

• Хлорпромазин стал первым антипсихотическим препаратом и первым лекарством, способным уменьшать бред, галлюцинации и возбуждение при шизофрении и других психозах.
• Его появление вытеснило многие опасные и жестокие методы лечения - инсулиновую кому, лоботомию - и изменило жизнь в психиатрических больницах.
• Препарат сделал возможным амбулаторное лечение и выписку сотен тысяч пациентов, хотя деинституционализация породила и новые социальные проблемы.
• Открытие хлорпромазина положило начало современной психофармакологии и биологической психиатрии, дав толчок созданию антидепрессантов и новых нейролептиков.
• Хлорпромазин до сих пор входит в Перечень основных лекарственных средств Всемирной организации здравоохранения.