Бои у озера Хасан (1938)

Спорная граница

Озеро Хасан находится на самом юге советского Приморья, в нескольких километрах от места, где сходились границы СССР, Маньчжоу-го и Кореи, бывшей тогда японской колонией. К западу от озера, между ним и рекой Тумэнь, поднимаются две сопки высотой около ста пятидесяти метров - Заозерная, называвшаяся китайцами и японцами Чжангуфэн, и Безымянная. С их вершин просматривались советская территория у залива Посьета и, на другой стороне, японские коммуникации в Северной Корее, включая железную дорогу вдоль Тумэни.

Граница в этом районе была определена русско-китайскими соглашениями второй половины XIX века, в том числе Хуньчуньским протоколом 1886 года, приложенные к которому карты допускали разные толкования. Советская сторона считала, что граница проходит по гребням высот, японская - что сопки целиком принадлежат Маньчжоу-го. На протяжении десятилетий этот клочок земли не имел значения, и граница здесь толком не охранялась.

Напряженная граница

После создания Маньчжоу-го в 1932 году советско-японская граница протяженностью в тысячи километров превратилась в линию постоянного противостояния. Обе стороны сосредоточили здесь крупные силы: Квантунская армия в Маньчжурии и Корейская армия в Корее с японской стороны, Особая Краснознаменная Дальневосточная армия - с советской. В 1936-1938 годах на границе происходили сотни инцидентов: перестрелки, нарушения, захваты пленных. Летом 1937 года столкновение из-за островов на Амуре закончилось потоплением советского бронекатера.

Начавшаяся в июле 1937 года война Японии против Китая усилила напряжение. СССР поставлял оружие Китаю и направлял туда летчиков-добровольцев. Япония, увязшая в Китае, не хотела большой войны с СССР, но опасалась советского удара и стремилась проверить решимость и боеспособность Красной армии.

Советский Дальний Восток в это время переживал Большой террор. Были арестованы многие командиры Дальневосточной армии, партийные и хозяйственные руководители края. Осенью 1937 года все корейцы Дальнего Востока были депортированы в Среднюю Азию. 13 июня 1938 года начальник управления НКВД по Дальневосточному краю Генрих Люшков, опасавшийся ареста, перешел границу Маньчжоу-го и сдался японцам, передав им подробные сведения о советских войсках, укреплениях и репрессиях. Его бегство вызвало в Москве новую волну подозрений и проверок.

Сопка Заозерная

В начале июля 1938 года советские пограничники заняли вершину высоты Заозерной и начали возводить на ней окопы и заграждения. Японская сторона выразила протест. 15 июля японская сторона заявила протест, а 20 июля посол в Москве Мамору Сигэмицу на встрече в Наркомате иностранных дел потребовал вывести советские войска, утверждая, что высота является территорией Маньчжоу-го. Нарком иностранных дел Максим Литвинов отверг протест, представив карту, приложенную к Хуньчуньскому протоколу, по которой граница проходила по гребню высот.

Японское командование решило провести «разведку боем» - ограниченную операцию, которая должна была выяснить, будет ли СССР отвечать силой. Операция поручалась 19-й дивизии Корейской армии под командованием генерал-лейтенанта Суэтаки Камэдзо. Токийская ставка запретила использовать авиацию и расширять конфликт за пределы спорных высот.

Командующий Дальневосточным фронтом маршал Василий Блюхер тем временем направил на высоту собственную комиссию, которая, по имеющимся данным, установила, что советские пограничники при рытье окопов на несколько метров нарушили линию границы. Блюхер предложил урегулировать вопрос, но в Москве его действия были расценены как проявление нерешительности, если не предательства.

Японский удар

29 июля японские подразделения атаковали высоту Безымянную, занятую небольшим отрядом советских пограничников. Высоту удалось удержать до подхода подкреплений, но на следующий день бои возобновились. В ночь на 31 июля японские войска, превосходившие советские силы на месте в несколько раз, внезапной атакой захватили обе высоты - Заозерную и Безымянную. Японцы немедленно начали укреплять позиции.

Москва потребовала немедленно выбить противника. Народный комиссар обороны Климент Ворошилов приказал привести войска Дальнего Востока в боевую готовность. К месту боев были направлены части 39-го стрелкового корпуса под командованием комкора Григория Штерна - 40-я и 32-я стрелковые дивизии, 2-я механизированная бригада, артиллерия и авиация. Блюхер 2 августа прибыл в район боев. В руководство операцией активно вмешивались находившиеся на Дальнем Востоке начальник Политического управления армии Лев Мехлис и заместитель наркома внутренних дел Михаил Фриновский.

Бои за высоты

Местность крайне затрудняла наступление. С востока подходы к высотам прикрывало озеро Хасан, между озером и границей оставались узкие перешейки и заболоченные низины. Танки и артиллерия вязли в болотах, пехота была вынуждена атаковать по узким полосам земли под огнем с господствующих высот. Советским войскам было запрещено переходить границу, чтобы обойти высоты с флангов, что обрекало их на лобовые атаки.

Первые атаки 2-3 августа окончились неудачей и большими потерями. Сказывалась неорганизованность: части перебрасывались наспех, не хватало связи и снабжения, взаимодействие пехоты, танков и артиллерии было плохо налажено. Многие командиры, назначенные на свои посты недавно вместо арестованных, не имели опыта. 3 августа командование операцией было фактически передано Штерну.

6 августа после массированного удара авиации - в нем, по советским данным, участвовали более двухсот самолетов - и артиллерийской подготовки советские войска перешли в общее наступление. Бои шли несколько дней с переменным успехом. Вечером 6 августа красный флаг был поднят на вершине Заозерной, но японские контратаки продолжались. К 9 августа советские войска очистили от противника большую часть спорных высот, хотя отдельные позиции японцев на склонах оставались.

Перемирие

Ни одна из сторон не желала превращать пограничный конфликт в большую войну. Япония была занята войной в Китае, СССР - внутренними потрясениями. 10 августа Литвинов и Сигэмицу договорились в Москве о прекращении огня с полудня 11 августа по местному времени с сохранением позиций, занятых войсками на момент перемирия, и создании смешанной комиссии для демаркации границы. Комиссия, однако, так и не приступила к работе, а спорные высоты остались под советским контролем.

Потери

Бои обошлись советской стороне значительно дороже, чем японской. По данным, опубликованным в 1990-е годы, безвозвратные потери Красной армии составили около девятисот шестидесяти человек убитыми, умершими от ран и пропавшими без вести, а санитарные - более трех тысяч ранеными и больными. Японская сторона официально признала гибель около пятисот двадцати человек и ранения более девятисот. Советские источники того времени сообщали о гораздо меньших собственных потерях и значительно больших японских.

Победа и расправа

Официальная советская пропаганда представила Хасан как блестящую победу Красной армии над японскими самураями. Двадцать шесть участников боев были удостоены звания Героя Советского Союза, тысячи награждены орденами и медалями. Хасану были посвящены песни, фильмы, стихи, а сам образ «боев у озера Хасан» стал частью советского патриотического канона.

За закрытыми дверями оценка была иной. 31 августа 1938 года Главный военный совет Красной армии обсудил итоги боев и признал, что войска Дальневосточного фронта оказались плохо подготовлены, операция проведена неорганизованно, а потери были неоправданно велики. Основную вину возложили на Блюхера, обвинив его в неумелом руководстве и попытке «пораженчески» поставить под сомнение правоту советской стороны, послав комиссию на границу. Фронт был расформирован.

22 октября 1938 года маршал Блюхер, герой Гражданской войны и один из первых кавалеров ордена Красного Знамени, был арестован. На допросах в Лефортовской тюрьме его жестоко избивали, требуя признаний в участии в «военном заговоре» и шпионаже в пользу Японии. 9 ноября 1938 года он умер в тюрьме от побоев, так и не представ перед судом. Репрессиям подверглись и члены его семьи. Гибель Блюхера под пытками была одним из преступлений Большого террора. Григорий Штерн, получивший за Хасан награды и повышение, в 1941 году также был арестован и расстрелян без суда. Оба были посмертно реабилитированы.

Прелюдия к Халхин-Голу

Выводы из Хасана сделали обе стороны. Японское командование в Токио сочло, что СССР готов защищать свои границы силой, но не стремится к большой войне. Квантунская армия, считавшая, что Корейская армия действовала слишком осторожно, пришла к выводу о слабости Красной армии после репрессий и готовилась при следующем столкновении действовать решительнее. Эти расчеты привели к конфликту на реке Халхин-Гол в Монголии летом 1939 года, где советско-монгольские войска под командованием Георгия Жукова нанесли японцам тяжелое поражение.

Советское командование, несмотря на официальную победную риторику, приступило к реорганизации войск на Дальнем Востоке и усилению группировки. Уроки Хасана - важность взаимодействия родов войск, подготовки командиров, использования авиации - были учтены лишь частично; многие из тех же недостатков проявились позднее в войне с Финляндией.

Итоги

Бои у озера Хасан в июле - августе 1938 года стали первым крупным вооруженным столкновением СССР и Японии после Гражданской войны. Спор о принадлежности двух сопок у стыка границ СССР, Маньчжоу-го и Кореи перерос в двухнедельные бои с участием дивизий, танков и авиации. Японская «разведка боем» показала, что Советский Союз готов отвечать силой, а советские войска, несмотря на тяжелые потери и неорганизованность, вернули спорные высоты. Конфликт был урегулирован дипломатически без изменения границы. Для советского общества Хасан стал символом победы над японскими милитаристами, но внутри армии он выявил последствия репрессий и стал поводом для ареста и гибели маршала Блюхера. Японские выводы из боев подтолкнули к Халхин-Голу, а опыт обоих конфликтов повлиял на решение Японии в 1941 году заключить пакт о нейтралитете с СССР и повернуть экспансию на юг.