Брест-Литовский мир

Декрет о мире и перемирие

Выход из войны был главным обещанием большевиков и условием их прихода к власти. Декрет о мире, принятый на следующий день после переворота, предлагал всем воюющим странам немедленно начать переговоры о мире без аннексий и контрибуций.

Страны Антанты обращение проигнорировали: сепаратный выход России из войны означал для них переброску немецких дивизий на запад. Центральные державы откликнулись сразу - для Германии, воевавшей на два фронта, это был выход из тупика.

Перемирие было подписано 15 декабря 1917 года, переговоры о мире открылись 22 декабря в Брест-Литовске, где размещался штаб германского Восточного фронта.

Кто с кем разговаривал

Состав делегаций отражал разницу двух миров.

С германской стороны переговоры вели статс-секретарь по иностранным делам Рихард фон Кюльман, австро-венгерский министр Оттокар Чернин и начальник штаба Восточного фронта генерал Макс Гофман - кадровые дипломаты и военные старой школы.

Советскую делегацию возглавлял Адольф Иоффе. Для демонстрации народного характера власти в нее включили рабочего, солдата, матроса и крестьянина; последнего, по известному рассказу, подобрали по дороге на вокзал, потому что о крестьянине вспомнили в последний момент.

С января делегацию возглавил Троцкий, нарком по иностранным делам. Он превратил переговоры в трибуну: стенограммы публиковались, речи адресовались не собеседникам, а рабочим воюющих стран, к которым обращались через головы правительств. Расчет строился на том, что в Германии и Австрии вот-вот начнется революция, - и в январе 1918 года в Вене и Берлине действительно прошли массовые забастовки, что поддерживало надежду.

Самоопределение как аргумент

Центральные державы в принципе согласились на формулу мира без аннексий - но истолковали ее по-своему.

Польша, Литва, Курляндия, доказывали они, уже реализовали право на самоопределение, обратившись к Германии за покровительством; следовательно, их отделение от России - не аннексия, а свободный выбор народов. Лозунг, провозглашенный большевиками, был обращен против них самих.

Генерал Гофман терпения к риторике не проявлял. На одном из заседаний он выложил на стол карту с линией, до которой германские войска намерены продвинуться, и заметил, что разговаривает не с побежденной стороной лишь по недоразумению.

Украинский ход

Параллельно с советской делегацией в Бресте работала делегация Украинской Народной Республики. Центральные державы предпочли договариваться с ней: Украина была источником хлеба, которого в Германии и Австрии остро не хватало.

9 февраля 1918 года УНР подписала отдельный мир, получивший название хлебного: в обмен на военную помощь против большевиков она обязывалась поставить около миллиона тонн зерна. Для советской делегации это был тяжелый удар - Берлин получил основание отказывать ей в праве говорить от имени Украины.

«Ни мира, ни войны»

10 февраля 1918 года Троцкий огласил формулу, которой в дипломатии не существовало: Россия войну прекращает, армию демобилизует, но мирный договор на предложенных условиях не подписывает.

Расчет состоял в том, что Германия не решится наступать на страну, объявившую о прекращении войны, а промедление приблизит немецкую революцию. Ленин считал этот ход опасной игрой, но санкционировал его как проверку.

Проверка заняла неделю.

Кулачный удар

18 февраля германские и австрийские войска возобновили наступление - операция получила название «Фаустшлаг», кулачный удар.

Сопротивления практически не было: старая армия разошлась по домам, новая не существовала. За несколько дней были заняты Минск, Псков, Нарва, Таллин, Киев; продвижение измерялось сотнями километров, а главным ограничителем была пропускная способность железных дорог. Гофман записал в дневнике, что не видел войны комичнее: горсть солдат с пулеметом едет на поезде до следующей станции и занимает ее.

Петроград оказался под прямой угрозой, и 11 марта столицу перенесли в Москву.

23 февраля были предъявлены новые условия - существенно хуже прежних, со сроком ответа в двое суток.

Спор в партии

Обсуждение расколо большевистское руководство глубже, чем что-либо прежде.

Ленин требовал подписывать немедленно и на любых условиях. Его аргумент: армии нет, власть продержится недели, а мировая революция, на которую все рассчитывают, может задержаться. Передышка важнее территорий, которые все равно будут возвращены, когда рухнет Германия.

Левые коммунисты во главе с Бухариным, к которым примыкали Радек и Дзержинский, считали подписание предательством революции и настаивали на революционной войне - пусть партизанской, пусть с потерей Петрограда, но без сделки с империализмом.

Троцкий занимал промежуточную позицию, но понимал, что дальше тянуть нельзя.

23 февраля Центральный комитет голосовал: семь за подписание, четверо против, четверо воздержались. Решающим стало воздержание Троцкого - он не хотел поддерживать капитуляцию, но и не хотел раскола. Ленин заявлял, что в случае отказа выйдет из ЦК и правительства.

3 марта 1918 года договор подписал Григорий Сокольников. 15 марта его ратифицировал Чрезвычайный съезд советов.

Условия

Россия отказывалась от Польши, Литвы, Курляндии, Лифляндии и Эстляндии, признавала независимость Финляндии и Украины, выводила войска из Закавказья и передавала Османской империи Карс, Ардаган и Батум. Армия и флот демобилизовывались, корабли Черноморского флота передавались или интернировались.

В совокупности страна теряла около 780 тысяч квадратных километров с населением примерно 50-60 миллионов человек - около трети жителей бывшей империи. На утраченных территориях находилось порядка 90 процентов добычи каменного угля, более половины промышленных мощностей и около трети железнодорожной сети.

Дополнительное соглашение от 27 августа 1918 года добавило обязательство выплатить шесть миллиардов марок.

Восемь месяцев

Договор немедленно дал Германии то, ради чего заключался: около пятидесяти дивизий были переброшены на Западный фронт для весеннего наступления 1918 года. Наступление продвинулось дальше всего с 1914 года и все же захлебнулось, а летом союзники, получившие американские подкрепления, перешли в контрнаступление.

11 ноября 1918 года Германия подписала перемирие в Компьене, одним из условий которого был отказ от Брестского договора. 13 ноября советское правительство аннулировало его со своей стороны.

Расчет Ленина на то, что передышка окупится, формально оправдался: договор действовал менее девяти месяцев. Но вернуть отданное удалось не все. Финляндия, Польша и прибалтийские государства остались независимыми, Бессарабия отошла Румынии, а большая часть Украины и Белоруссии была возвращена уже в ходе гражданской войны и советско-польской кампании.

Цена внутри страны

Политические последствия Бреста оказались серьезнее территориальных.

Левые эсеры, единственные союзники большевиков в правительстве, вышли из Совнаркома в знак протеста, а 6 июля 1918 года убили германского посла Мирбаха и подняли в Москве восстание, рассчитывая сорвать мир. Восстание подавили, партию разгромили - однопартийная система сложилась именно тогда.

Для значительной части офицерства, для эсеров и для многих, кто принял Октябрь, сепаратный мир стал доказательством, что большевики действовали в интересах Германии. Это придало антибольшевистским выступлениям моральное обоснование, которого им прежде не хватало. Добровольческая армия, поволжские правительства и мятеж Чехословацкого корпуса - все это в той или иной степени питалось брестским сюжетом.

Наконец, оккупация Украины немецкими и австрийскими войсками, а затем немецкое присутствие в Прибалтике и Финляндии меняли расстановку сил по всей бывшей империи.