Похищение Адольфа Эйхмана (1960)

Чиновник уничтожения

Адольф Эйхман родился 19 марта 1906 года в германском Золингене, но вырос в австрийском Линце. Он не закончил техническое училище, работал на шахте отца, затем коммивояжером нефтяной компании. В 1932 году вступил в австрийскую нацистскую партию и СС. С 1934 года служил в Службе безопасности СС, где занялся «еврейским вопросом» и стал считаться знатоком сионизма и еврейских организаций.

После аншлюса Австрии в 1938 году Эйхман возглавил в Вене Центральную службу еврейской эмиграции, которая вынуждала евреев уезжать, отбирая у них имущество. С 1939 года он руководил отделом по делам евреев в Главном управлении имперской безопасности, известным под шифром IV B4. Он участвовал в планах выселения евреев в Польшу и на Мадагаскар, а в январе 1942 года вел протокол конференции в Ванзее, на которой согласовывались меры по «окончательному решению еврейского вопроса».

Отдел Эйхмана организовывал депортации евреев со всей Европы - из Германии, Австрии, Франции, Нидерландов, Бельгии, Греции, Италии и других стран - в гетто и лагеря смерти, прежде всего в Освенцим. Он составлял графики поездов, договаривался с министерствами и союзными правительствами, следил, чтобы составы шли без перебоев. В 1944 году Эйхман лично руководил в Венгрии депортацией, в ходе которой за восемь недель в Освенцим были отправлены более 430 тысяч человек, большинство из которых было сразу убито. По свидетельствам его сослуживцев, в конце войны он говорил, что сойдет в могилу с улыбкой, потому что на его совести смерть миллионов евреев.

Бегство

После капитуляции Германии Эйхман попал в американский плен под чужим именем, и его не опознали. В начале 1946 года, когда его имя стало звучать на Нюрнбергском процессе, он бежал из лагеря и несколько лет под именем Отто Хенингер жил в глухой деревне в Нижней Саксонии, работая лесорубом и разводя кур.

В 1950 году Эйхман перебрался в Италию. Он воспользовался одним из так называемых «крысиных троп» - маршрутов, по которым с помощью бывших соратников и сочувствующих католических священников бежали нацисты. Одним из покровителей беглецов в Риме был австрийский епископ Алоис Худаль; помогал ли он лично Эйхману, точно не установлено. В Генуе Международный комитет Красного Креста выдал ему паспорт беженца на имя Рикардо Клемента, уроженца Южного Тироля. Летом 1950 года он прибыл в Буэнос-Айрес.

Аргентина Перона

Аргентина при президенте Хуане Пероне стала главным убежищем для нацистских преступников. Перон восхищался Муссолини, стремился привлечь в страну немецких инженеров, ученых и военных специалистов и не задавал лишних вопросов. В Аргентине нашли приют тысячи бывших нацистов и коллаборационистов, в том числе врач Освенцима Йозеф Менгеле и хорватский диктатор Анте Павелич. В Буэнос-Айресе существовала большая немецкая община с собственными школами, клубами и газетами.

Эйхман работал на разных предприятиях - в гидрологической компании в провинции Тукуман, на кроличьей ферме, в прачечной, а с конца 1950-х годов - на заводе «Мерседес-Бенц» под Буэнос-Айресом. В 1952 году к нему приехала жена Вера с тремя сыновьями, сохранившими фамилию Эйхман. Позднее в Аргентине родился четвертый сын. Семья жила скромно и на рубеже 1959-1960 годов переехала в недостроенный кирпичный дом на улице Гарибальди в пригороде Сан-Фернандо.

В 1957 году Эйхман дал многочасовые интервью голландскому журналисту-нацисту Виллему Сассену, рассчитывавшему написать книгу. На магнитофонных записях Эйхман не выражал раскаяния, отрицал некоторые факты, но признавал главное. По сохранившимся записям, он сожалел, что не удалось уничтожить всех евреев Европы.

Охота, которая прекратилась

В первые годы после войны союзники судили главных нацистских преступников в Нюрнберге и провели сотни процессов в своих оккупационных зонах. Но с началом холодной войны интерес к преследованию нацистов быстро угас. Западные державы нуждались в Западной Германии как в союзнике, американские и британские спецслужбы привлекали бывших эсэсовцев и сотрудников гестапо к работе против СССР. В ФРГ в 1950-х годах были приняты амнистии, тысячи бывших нацистов вернулись в государственный аппарат, суды, полицию и университеты. Статс-секретарем ведомства федерального канцлера Конрада Аденауэра был Ганс Глобке, соавтор официального комментария к расовым Нюрнбергским законам 1935 года.

Поиском беглых нацистов занимались лишь отдельные энтузиасты, прежде всего бывший узник концлагерей Симон Визенталь, создавший в Австрии центр документации. Израиль, в первые годы существования поглощенный войнами, приемом сотен тысяч иммигрантов и экономическими трудностями, тоже не ставил охоту на нацистов в число приоритетов.

Слепой свидетель

Разоблачение пришло неожиданно. В небольшом аргентинском городке Коронель-Суарес жил Лотар Херман - немецкий эмигрант еврейского происхождения, переживший концлагерь Дахау и потерявший зрение. Его дочь Сильвия встречалась с молодым человеком по имени Клаус Эйхман, который хвастался, что его отец служил в германской армии и что немцам следовало закончить уничтожение евреев. Херман обратил внимание на фамилию и, узнав из газет об Адольфе Эйхмане, в 1957 году сообщил о своих подозрениях в Германию.

Его письмо дошло до Фрица Бауэра - генерального прокурора земли Гессен. Бауэр, социал-демократ еврейского происхождения, сам переживший концлагерь и эмиграцию, был одним из немногих западногерманских юристов, стремившихся привлечь нацистов к ответственности. Он не доверял западногерманским властям, в аппарате которых работало немало бывших нацистов, и опасался, что Эйхмана предупредят. Поэтому он тайно передал информацию Израилю. По документам, рассекреченным много позднее, западногерманская разведка, по-видимому, еще в 1950-х годах знала о том, под каким именем и где живет Эйхман.

Поиски

Первая проверка, проведенная израильтянами в 1958 году, оказалась неудачной: агенты сочли, что убогий дом в бедном районе не может принадлежать высокопоставленному нацисту, и интерес к делу угас. Но Бауэр настаивал. В конце 1959 года он сообщил израильтянам, что Эйхман живет под именем Рикардо Клемент.

В марте 1960 года в Аргентину прибыл опытный следователь израильской службы безопасности Цви Аарони. Он установил новый адрес семьи и сфотографировал Клемента. Решающее подтверждение пришло 21 марта: в этот день Клемент вернулся домой с букетом цветов. Израильтяне знали, что 21 марта - дата свадьбы Адольфа и Веры Эйхман, и в 1960 году исполнялось 25 лет их брака.

Израиль и память

К 1960 году в Израиле жили сотни тысяч людей, переживших Холокост. Но о пережитом в молодом государстве говорили мало. Общество, строившее образ сильного и воюющего еврея, нередко с неловкостью и даже пренебрежением относилось к выжившим, а сами выжившие часто молчали, не находя слов и слушателей. Болезненные споры вызывали и вопросы о сотрудничестве с нацистами: в середине 1950-х годов страну потрясло дело Рудольфа Кастнера, обвиненного в том, что, ведя переговоры с Эйхманом в Будапеште, он спас немногих, но не предупредил остальных. В 1952 году Израиль, несмотря на массовые протесты, подписал с ФРГ соглашение о выплате репараций, и многие считали эти деньги «кровавыми».

Для Бен-Гуриона суд над Эйхманом в Израиле имел особое значение. Он хотел, чтобы новое поколение израильтян, выросшее после войны, и весь мир узнали, что произошло с евреями Европы, и чтобы суд над одним из главных палачей состоялся в еврейском государстве.

Решение Бен-Гуриона

Премьер-министр Израиля Давид Бен-Гурион дал согласие на захват Эйхмана и доставку его в Израиль для суда. Похищение на территории суверенного государства нарушало международное право, но израильское руководство считало, что иного пути нет: Аргентина не выдала бы Эйхмана, а при запросе об экстрадиции его могли предупредить.

Операцией лично руководил глава «Моссада» Иссер Харель, прилетевший в Буэнос-Айрес. Команду на месте возглавлял Рафи Эйтан. В группу входили около десятка агентов, многие из которых потеряли родных в Холокосте. Специалист по подделке документов Шалом Дани изготавливал паспорта и удостоверения. Агенты арендовали несколько автомобилей и снимали конспиративные квартиры. Возможность вывезти пленника появилась благодаря празднованию 150-летия Майской революции в Аргентине: в Буэнос-Айрес должен был прилететь специальный самолет «Эль Аль» с официальной израильской делегацией.

11 мая 1960 года

Вечером 11 мая 1960 года агенты ждали Эйхмана на улице Гарибальди у остановки автобуса, на котором он обычно возвращался с работы. Автобус пришел, но Эйхмана в нем не было. Израильтяне решили подождать еще немного. Около восьми часов вечера со следующего автобуса сошел человек и пошел к дому. Агент Цви (Петер) Малкин, подойдя к нему, обратился к нему по-испански и бросился на него. Вместе с другим агентом они затащили Эйхмана в автомобиль. Пленник не сопротивлялся. На вопрос, кто он, он почти сразу назвал свое настоящее имя и номер в СС.

Эйхмана доставили в конспиративный дом, где его держали девять дней, привязанным к кровати, под постоянной охраной. Агенты проверили особые приметы, в том числе шрам и след от вытравленной татуировки с группой крови, которую делали эсэсовцам. По рассказам участников, Эйхман подписал заявление о согласии отправиться в Израиль и предстать перед судом, хотя впоследствии его защита утверждала, что подпись была получена под давлением. Семья Эйхмана, опасаясь огласки, не обратилась в полицию, а искала его через знакомых нацистов.

По рассказам участников, Харель одновременно пытался найти в Буэнос-Айресе и Йозефа Менгеле, но тот уже переехал из прежнего жилища, и от поисков пришлось отказаться, чтобы не поставить под угрозу операцию.

Самолет «Эль Аль»

В ночь на 21 мая 1960 года Эйхмана, получившего снотворное и одетого в форму экипажа «Эль Аль», привезли в аэропорт. Агенты представили его как члена экипажа, перенесшего травму головы, и провели к самолету через контроль с поддельными документами. Самолет «Бристоль Британия» вылетел из Буэнос-Айреса, совершил посадку для дозаправки в Дакаре и 22 мая приземлился в Израиле.

23 мая 1960 года Бен-Гурион объявил в кнессете, что израильская служба безопасности нашла и задержала Адольфа Эйхмана, который предстанет перед судом в Израиле. Депутаты, многие из которых потеряли семьи в Холокосте, слушали в потрясенном молчании.

Дипломатический скандал

Аргентина заявила решительный протест против нарушения своего суверенитета и потребовала вернуть Эйхмана. Израиль поначалу утверждал, что Эйхмана вывезли добровольцы, действовавшие по собственной инициативе. В июне 1960 года по жалобе Аргентины Совет Безопасности ООН принял резолюцию, в которой говорилось, что подобные действия, если они повторятся, могут угрожать международному миру, и предлагалось Израилю предоставить Аргентине надлежащее возмещение. При этом в резолюции отмечалось, что Эйхман должен предстать перед судом за свои преступления. Аргентина выслала израильского посла. В августе 1960 года стороны опубликовали совместное заявление, в котором признали инцидент исчерпанным.

В Аргентине похищение вызвало всплеск антисемитизма. Ультраправые группы, прежде всего движение «Такуара», совершали нападения на евреев и еврейские учреждения. В 1962 году члены этой группы похитили студентку Грасьелу Сироту и вырезали на ее теле свастику.

Процесс в Иерусалиме

Суд над Эйхманом начался 11 апреля 1961 года в Иерусалиме, в специально переоборудованном зале общественного центра. Подсудимый сидел в кабине из пуленепробиваемого стекла. Дело рассматривали три судьи во главе с Моше Ландау. Обвинение представлял генеральный прокурор Гидеон Хаузнер, защиту - немецкий адвокат Роберт Серватиус, работу которого оплачивало израильское правительство. Эйхмана обвиняли по пятнадцати пунктам, в том числе в преступлениях против еврейского народа, преступлениях против человечности и военных преступлениях.

Хаузнер построил обвинение не только на документах, но и на показаниях выживших. Перед судом выступили более ста свидетелей - узники гетто и лагерей, участники восстаний, люди, потерявшие всех близких. Писатель Йехиэль Динур, известный под псевдонимом Ка-Цетник, упал в обморок прямо на свидетельской трибуне. Процесс снимали телевизионные камеры, и записи показывали во многих странах. Для израильского общества, где многие выжившие годами молчали о пережитом, процесс стал переломным моментом: о Холокосте заговорили открыто.

Эйхман утверждал, что лишь выполнял приказы, был мелким винтиком в машине и лично никого не убивал, а его отдел занимался только транспортом. Суд отверг эти доводы, установив, что он был одним из главных исполнителей и организаторов уничтожения.

Приговор и казнь

15 декабря 1961 года суд приговорил Эйхмана к смертной казни. Верховный суд Израиля в мае 1962 года оставил приговор в силе, а президент Ицхак Бен-Цви отклонил прошение о помиловании. В ночь с 31 мая на 1 июня 1962 года Эйхман был повешен в тюрьме Рамле. Это единственная смертная казнь по приговору гражданского суда в истории Израиля. Тело было сожжено, а прах развеян над Средиземным морем за пределами территориальных вод Израиля, чтобы у него не было могилы.

«Банальность зла»

Процесс освещала философ Ханна Арендт, сама бежавшая из нацистской Германии. В книге «Эйхман в Иерусалиме. Банальность зла» (1963) она описала подсудимого не как демонического злодея, а как заурядного карьериста-бюрократа, не способного мыслить самостоятельно и видеть последствия своих действий. Понятие «банальность зла» вошло в мировую культуру. Книга вызвала бурные споры, в том числе из-за критики Арендт в адрес еврейских советов, сотрудничавших с нацистами.

Позднейшие исследования, прежде всего изучение полных записей бесед с Сассеном, показали, что Эйхман был убежденным антисемитом и идейным нацистом, а образ безликого бюрократа он сознательно создавал для защиты на суде. Под впечатлением от процесса американский психолог Стэнли Милгрэм в 1961 году начал знаменитые эксперименты по изучению подчинения авторитету.

Моральная оценка

Адольф Эйхман был одним из главных организаторов Холокоста - уничтожения около шести миллионов евреев Европы. Его работа состояла в том, чтобы миллионы мужчин, женщин и детей были доставлены к месту убийства. Ссылки на приказы и бюрократическую роль не снимают с него ответственности: организация массового убийства является таким же преступлением, как само убийство. Суд над ним стал актом правосудия в отношении жертв Холокоста.

Последствия

Процесс Эйхмана изменил отношение мира к Холокосту. Если Нюрнбергский процесс был сосредоточен прежде всего на агрессивной войне, то в Иерусалиме в центре оказалась судьба евреев и голоса жертв. Фриц Бауэр, вдохновленный успехом, организовал в 1963-1965 годах во Франкфурте процесс над служащими Освенцима, ставший важным шагом в осмыслении нацистского прошлого в ФРГ. Операция утвердила репутацию «Моссада» как одной из самых эффективных разведок мира. Ее участники позднее написали воспоминания, а история похищения легла в основу книг и фильмов.

Многие другие нацистские преступники так и не предстали перед судом. Йозеф Менгеле скрывался в Парагвае и Бразилии и утонул в 1979 году. Роль Фрица Бауэра в поимке Эйхмана долго держалась в тайне и стала широко известна лишь в 2000-х годах.

Итоги

• 11 мая 1960 года агенты «Моссада» захватили в пригороде Буэнос-Айреса Адольфа Эйхмана, скрывавшегося под именем Рикардо Клемент, и 20-22 мая тайно вывезли его в Израиль.
• Поиски стали возможны благодаря сведениям слепого эмигранта Лотара Хермана и настойчивости немецкого прокурора Фрица Бауэра.
• Похищение вызвало дипломатический конфликт с Аргентиной и рассматривалось в Совете Безопасности ООН.
• Процесс в Иерусалиме в 1961 году с показаниями более ста выживших открыл миру масштаб Холокоста; Эйхман был приговорен к смертной казни и повешен в 1962 году.
• Дело Эйхмана повлияло на осмысление Холокоста, преследование нацистских преступников в ФРГ и философские споры о природе зла.