Нюрнбергский процесс (1945-1946)

Расстрелять или судить

Вопрос о том, что делать с нацистскими руководителями, союзники обсуждали задолго до конца войны. Опыт Первой мировой не вдохновлял: Версальский договор требовал суда над кайзером Вильгельмом II и немецкими военными преступниками, но кайзер укрылся в Нидерландах, а немногие процессы в Лейпциге в 1921 году закончились символическими приговорами.

В октябре 1943 года Московская декларация, подписанная Рузвельтом, Черчиллем и Сталиным, объявила, что виновные в зверствах будут возвращены для суда в страны, где совершили преступления, а главные преступники, чьи злодеяния не привязаны к одному месту, будут наказаны совместным решением союзников. Каким именно будет это решение, оставалось неясным.

Британское правительство и лично Черчилль долго склонялись к тому, чтобы расстрелять несколько десятков главных нацистов после установления личности, без суда: процесс казался им опасным, затяжным и способным превратиться в трибуну для обвиняемых. В США министр финансов Генри Моргентау предлагал схожее решение. Против выступил военный министр Генри Стимсон, настаивавший, что только суд с доказательствами и правом на защиту отделит победителей от побежденных и оставит документальный след для истории. Сталин, по свидетельству участников Тегеранской конференции, однажды за ужином пошутил о расстреле 50 тысяч германских офицеров, и Черчилль в гневе вышел из комнаты; но официально советская сторона последовательно выступала за суд - с тем, правда, представлением о судах, которое сложилось на московских процессах 1930-х годов. Весной 1945 года, после смерти Рузвельта, Трумэн поддержал идею трибунала, и британцы согласились.

Лондонский устав

Переговоры юристов четырех держав прошли в Лондоне летом 1945 года и оказались трудными. Американская, британская, советская и французская правовые традиции по-разному смотрели на роль судьи, прокурора и защиты, на допустимость письменных доказательств, на само понятие заговора. 8 августа 1945 года было подписано Лондонское соглашение и Устав Международного военного трибунала. Позднее к соглашению присоединились еще 19 государств.

Устав определил три группы преступлений. Преступления против мира - планирование, подготовка, развязывание и ведение агрессивной войны. Военные преступления - нарушения законов и обычаев войны: убийства и жестокое обращение с пленными и мирными жителями, угон на принудительные работы, разрушение городов без военной необходимости. Преступления против человечности - убийства, истребление, порабощение, депортации и преследования по политическим, расовым или религиозным мотивам, совершенные против гражданского населения до войны или во время нее. Отдельно выделялось участие в «общем плане или заговоре» для совершения этих преступлений.

Два принципа Устава стали революционными. Официальное положение подсудимого, включая пост главы государства, не освобождало от ответственности. Исполнение приказа начальника не снимало вины, а могло лишь учитываться для смягчения наказания. Кроме того, трибунал мог признать преступными целые организации, что облегчало последующие суды над их членами.

Почему Нюрнберг

Место выбрали по практическим и символическим причинам. Дворец юстиции на Фюртер-штрассе почти не пострадал от бомбежек, при нем была тюрьма на несколько сотен человек, а в разрушенном на 90 процентов старом городе можно было как-то разместить судей, юристов и журналистов. Кроме того, Нюрнберг был городом партийных съездов НСДАП и расовых законов 1935 года - символом режима. Советская сторона добивалась проведения процесса в Берлине, находившемся в ее зоне; компромиссом стало то, что формально местом пребывания трибунала считался Берлин, где 18 октября 1945 года прошло первое, организационное заседание, а сам процесс шел в американской зоне, в Нюрнберге.

Зал № 600 перестроили: расширили, убрали стену, поставили скамьи для подсудимых, ложу для прессы, стеклянные кабины переводчиков. Для процесса впервые в таком масштабе применили синхронный перевод на четыре языка - английский, русский, французский и немецкий. Оборудование предоставила компания IBM, а службу организовал бывший переводчик генерала Эйзенхауэра Леон Достер. Многие скептически относились к новшеству, но система работала, и с Нюрнберга началась история синхронного перевода как профессии.

Подсудимые

Главных нацистов на скамье не оказалось: Гитлер, Геббельс и Гиммлер покончили с собой в 1945 году. Обвинительное заключение было предъявлено 24 лицам, которые должны были представлять все звенья режима - партию, правительство, армию, экономику, пропаганду и оккупационную администрацию.

Самой заметной фигурой был рейхсмаршал Герман Геринг, второй человек рейха, создатель гестапо и люфтваффе. В американском плену его отучили от зависимости от обезболивающих, он похудел и на процессе держался как неформальный лидер подсудимых. Рудольф Гесс, бывший заместитель Гитлера по партии, с 1941 года находился в британском плену после своего полета в Шотландию и вел себя странно, заявляя о потере памяти. Рядом сидели министр иностранных дел Иоахим фон Риббентроп, начальник Верховного командования вермахта фельдмаршал Вильгельм Кейтель и его начальник оперативного штаба Альфред Йодль, глава Главного управления имперской безопасности Эрнст Кальтенбруннер, генерал-губернатор Польши Ганс Франк, идеолог партии Альфред Розенберг, министр внутренних дел Вильгельм Фрик, издатель антисемитской газеты «Штурмовик» Юлиус Штрейхер, генеральный уполномоченный по использованию рабочей силы Фриц Заукель, рейхскомиссар Нидерландов Артур Зейсс-Инкварт, министр вооружений Альберт Шпеер, гросс-адмиралы Эрих Редер и Карл Дениц, руководитель гитлерюгенда Бальдур фон Ширах, министр экономики Вальтер Функ, бывший президент Рейхсбанка Ялмар Шахт, дипломаты Франц фон Папен и Константин фон Нейрат, радиопропагандист Ганс Фриче.

До приговора дошли не все. Руководитель Германского трудового фронта Роберт Лей повесился в камере 25 октября 1945 года. Промышленник Густав Крупп был признан неспособным участвовать в процессе по состоянию здоровья. Секретаря партийной канцелярии Мартина Бормана судили заочно: его местонахождение не было известно, и лишь в 1972 году в Берлине нашли останки, которые позднее генетическая экспертиза подтвердила как его, - он погиб в мае 1945 года при попытке выбраться из окруженного города. Так на скамье оказались 21 человек, а в приговоре - 22 имени.

Вместе с людьми обвинялись шесть организаций: имперский кабинет, руководящий состав НСДАП, СС вместе с СД, гестапо, СА, Генеральный штаб и Верховное командование вермахта.

Судьи и обвинители

Каждая из четырех держав назначила судью и заместителя. Председателем единогласно избрали британского лорда-судью Джеффри Лоуренса - спокойного, внимательного к процедуре. США представлял бывший генеральный прокурор Фрэнсис Биддл, Францию - профессор уголовного права Анри Доннедье де Вабр, СССР - генерал-майор юстиции Иона Никитченко, который за десять лет до того участвовал в московском процессе над Зиновьевым и Каменевым.

Главным обвинителем от США стал член Верховного суда Роберт Джексон, фактически инициатор и организатор процесса. Британское обвинение возглавлял генеральный прокурор Хартли Шоукросс, но главную работу на заседаниях вел его заместитель Дэвид Максуэлл-Файф. Советским главным обвинителем был прокурор Украинской ССР Роман Руденко, французским - сначала Франсуа де Мантон, затем Огюст Шампетье де Риб. Обвиняемые имели немецких защитников, которых могли выбрать сами; всего в процессе участвовали несколько десятков адвокатов.

Открытие процесса

20 ноября 1945 года процесс открылся. Все подсудимые, отвечая на вопрос о виновности, объявили себя невиновными; Геринг попытался произнести речь, но был остановлен председателем. На следующий день Роберт Джексон выступил со вступительной речью, которую многие считают одной из самых значительных в истории права. Ее главная мысль состояла в том, что четыре великие державы, опьяненные победой и ущемленные обидой, остановили руку мщения и добровольно передали своих пленных врагов на суд закона, - и что мерой, по которой будут судить побежденных, однажды будут судить и победителей.

Американское обвинение сделало ставку на документы. Германская бюрократия вела тщательный учет, и союзники захватили горы протоколов, приказов, отчетов и дневников. Среди них были «протокол Хоссбаха» о совещании 1937 года, на котором Гитлер излагал планы войны, отчеты айнзацгрупп о расстрелах, доклад генерала СС Юргена Штропа об уничтожении Варшавского гетто в роскошном кожаном переплете. Обвинение доказывало преступления словами самих преступников.

29 ноября в зале показали американский документальный фильм о концентрационных лагерях, снятый при освобождении. Свет погасили, подсудимых подсветили снизу, чтобы следить за их реакцией. Тюремный психолог Густав Гилберт записал, что одни отворачивались, другие плакали; Геринг, по его записям, потом жаловался, что фильм испортил хорошо начинавшийся день. Позднее советское обвинение показало свои фильмы - о злодеяниях на оккупированной территории СССР, об Освенциме и Майданеке.

Свидетели

Наряду с документами трибунал выслушал в зале около сотни свидетелей обвинения и защиты и приобщил к делу письменные показания многих тысяч людей. Некоторые показания стали историческими. 3 января 1946 года бывший командир айнзацгруппы D Отто Олендорф спокойно, деловым тоном рассказал, как его подразделение расстреляло около 90 тысяч мужчин, женщин и детей, и объяснил, почему перешли от расстрелов к газовым автомобилям. Французская участница Сопротивления Мари-Клод Вайян-Кутюрье, прошедшая Освенцим и Равенсбрюк, описала селекции, отправку детей в газовые камеры и жизнь в бараках. 15 апреля 1946 года бывший комендант Освенцима Рудольф Хесс, вызванный защитой Кальтенбруннера, подтвердил масштаб уничтожения людей в лагере.

11 февраля 1946 года советское обвинение произвело сенсацию: в зал ввели фельдмаршала Фридриха Паулюса, сдавшегося под Сталинградом, о котором на Западе думали, что он в глубоком плену или мертв. Паулюс рассказал о подготовке нападения на СССР. Еврейский поэт из Вильнюса Авраам Суцкевер, партизан, свидетельствовал об уничтожении виленского гетто и гибели своего сына; по его рассказу, он говорил стоя, так как считал, что о погибших надо говорить стоя. Польская узница Освенцима Северина Шмаглевская рассказала об убийствах детей.

Защита

Подсудимые защищались по-разному. Большинство ссылались на приказы, на то, что ничего не знали о лагерях, или перекладывали ответственность на мертвых - Гитлера, Гиммлера, Гейдриха. Геринг, самый способный из них, вел себя как защитник режима. В марте 1946 года во время его перекрестного допроса Джексон, не привыкший к такому противнику, вышел из себя и, по общему мнению наблюдателей, проиграл поединок; более успешным оказался Максуэлл-Файф, подробно разобравший роль Геринга в расстреле пленных британских летчиков, бежавших из лагеря «Шталаг Люфт III».

Альберт Шпеер избрал иную тактику: признал коллективную ответственность руководства режима, отрицая при этом, что знал об уничтожении евреев. Этот подход позволил ему избежать смертного приговора; позднейшие исследования показали, что знал он гораздо больше, чем утверждал. Ганс Франк, передавший трибуналу 43 тома своих служебных дневников, в какой-то момент заявил, что и через тысячу лет вина Германии не будет смыта, но в последнем слове от этого отчасти отступил. Гесс сначала изображал потерю памяти, а 30 ноября 1945 года, когда встал вопрос о его вменяемости, заявил, что симулировал ее; его психическое состояние по-прежнему вызывает споры.

Защитники пытались ссылаться на действия самих союзников - аргумент «ты тоже». Трибунал принимал его неохотно, но адвокат Деница Отто Кранцбюлер добился письменного ответа адмирала Честера Нимица о том, что американский флот на Тихом океане с первого дня вел неограниченную подводную войну. В итоге суд признал Деница виновным в нарушении правил подводной войны, но не учитывал эти нарушения при определении наказания. Попытка защитника Гесса Альфреда Зайдля представить копию секретного протокола к пакту Молотова - Риббентропа была заблокирована.

Катынь и молчание о союзниках

Самым неловким эпизодом процесса стала Катынь. Советское обвинение включило в обвинительное заключение расстрел около 11 тысяч польских офицеров под Смоленском, приписав его немцам. Защита добилась вызова свидетелей, в июле 1946 года прошли слушания, и доказательства советской версии оказались неубедительными. В приговоре Катынь не упоминается вовсе. Сегодня известно, что расстрел совершил НКВД в 1940 году.

Устав был составлен так, что трибунал рассматривал только преступления держав оси. Советское нападение на Польшу и Финляндию, депортации, бомбардировки германских городов, выселение немцев не обсуждались. Именно поэтому критики называют процесс «правосудием победителей», а его защитники отвечают, что несовершенство суда не отменяет доказанности преступлений подсудимых.

Жизнь в Нюрнберге

Процесс длился почти год и стал целым миром со своим бытом. В Нюрнберг съехались сотни журналистов, в том числе американский писатель Джон Дос Пассос и британская писательница Ребекка Уэст, оставившая знаменитые репортажи, а из советских - писатели Борис Полевой и Всеволод Вишневский, карикатуристы Кукрыниксы и Борис Ефимов, кинооператор Роман Кармен. Журналистов и юристов разместили в замке семьи Фабер-Кастель в пригороде Штайн. Вечерами в Гранд-отеле играл оркестр, американцы и советские представители поначалу общались вполне дружески, но по мере обострения холодной войны отношения охлаждались.

Для немцев процесс был далеким событием: большинство были заняты выживанием в разрушенных городах. Опросы в американской зоне показывали, что многие считали процесс справедливым, но интерес к нему со временем падал, а в послевоенной Западной Германии утвердилось представление о том, что вину несла лишь узкая верхушка.

Приговор

30 сентября и 1 октября 1946 года трибунал огласил приговор. Он подробно описывал историю нацистского режима, агрессию против Австрии, Чехословакии, Польши, Дании, Норвегии, стран Бенилюкса, Югославии, Греции и СССР, преступления на оккупированных территориях и уничтожение евреев.

К смертной казни через повешение были приговорены Геринг, Риббентроп, Кейтель, Кальтенбруннер, Розенберг, Франк, Фрик, Штрейхер, Заукель, Йодль, Зейсс-Инкварт и заочно Борман. Пожизненное заключение получили Гесс, Функ и Редер, 20 лет - Ширах и Шпеер, 15 лет - Нейрат, 10 лет - Дениц. Шахт, Папен и Фриче были оправданы. Преступными организациями были признаны руководящий состав НСДАП, СС, СД и гестапо; СА, имперский кабинет и Генеральный штаб с Верховным командованием такими не признали, хотя трибунал подчеркнул, что многие военачальники виновны в преступлениях и должны быть судимы индивидуально. Советский судья Никитченко заявил особое мнение, не согласившись с оправданием трех подсудимых, с пожизненным, а не смертным приговором Гессу и с отказом признать преступными имперский кабинет и командование вермахта.

Казнь

В ночь с 15 на 16 октября 1946 года, за два часа до казни, Геринг покончил с собой, раскусив ампулу с цианистым калием. Как она попала к нему, так и не было окончательно установлено: по одной версии, ее пронес американский охранник, с которым Геринг подружился, по другой - ампула все время была спрятана среди его вещей.

Остальных десятерых приговоренных повесили после часа ночи 16 октября в спортивном зале тюрьмы. Казнь проводил американский сержант Джон Вудс. Процедура была проведена небрежно: из-за неправильно рассчитанной длины веревок и слишком тесного люка смерть некоторых наступила не сразу. Штрейхер перед смертью выкрикнул «Праздник Пурим 1946 года!». Тела вместе с телом Геринга сфотографировали, кремировали в Мюнхене, а пепел развеяли над ручьем, чтобы у мест погребения не появилось паломничества.

Семеро осужденных к заключению отбывали сроки в тюрьме Шпандау в Западном Берлине под охраной четырех держав поочередно. Нейрат, Редер и Функ были освобождены раньше срока по болезни, Дениц, Ширах и Шпеер - по его окончании. Гесс оставался единственным узником Шпандау с 1966 года до своей смерти в 1987 году в возрасте 93 лет; официально он покончил с собой, хотя его семья и сторонники долго оспаривали эту версию. После его смерти тюрьму снесли.

Последующие процессы

Международный военный трибунал был единственным в своем роде, но за ним последовали другие суды. С 1946 по 1949 год в том же Дворце юстиции американские военные трибуналы провели двенадцать так называемых последующих Нюрнбергских процессов: над врачами, юристами, промышленниками концернов Флика, «ИГ Фарбен» и Круппа, генералами, руководителями айнзацгрупп, чиновниками министерств, руководством СС. По итогам процесса над врачами был сформулирован Нюрнбергский кодекс - свод правил о добровольном информированном согласии на медицинские эксперименты. В 1946-1948 годах в Токио прошел Международный военный трибунал для Дальнего Востока, судивший японских руководителей. Тысячи дел рассматривали национальные суды в Польше, СССР, Франции, Нидерландах, Чехословакии и других странах, а позднее и в самой Германии.

Однако с началом холодной войны западные союзники охладели к преследованиям. Многие приговоренные на последующих процессах были освобождены досрочно уже в начале 1950-х годов, а сотни тысяч рядовых исполнителей так и не понесли наказания.

Моральная оценка

На скамье подсудимых в Нюрнберге сидели люди, ответственные за развязывание самой разрушительной войны в истории и за уничтожение миллионов людей, в том числе за Холокост - систематическое истребление европейских евреев. Их вина была доказана их собственными документами, и приговоры, вынесенные им, соразмерны масштабу преступлений. Изъяны процесса реальны: участие советских представителей, чье государство само совершало массовые преступления, попытка переложить на Германию Катынь, неприкосновенность преступлений союзников. Но эти изъяны не делают менее реальными преступления, за которые судили подсудимых, и не отменяют главного - того, что вместо внесудебной расправы с ними обошлись по закону, с правом на защиту и оправдательными приговорами для тех, чья вина не была доказана.

Итоги

• Впервые в истории руководители государства были привлечены к личной уголовной ответственности международным судом за агрессию и массовые преступления против мирного населения.
• Понятия «преступления против мира» и «преступления против человечности» вошли в международное право. 11 декабря 1946 года Генеральная Ассамблея ООН подтвердила принципы Устава и приговора, а в 1950 году Комиссия международного права сформулировала «Нюрнбергские принципы».
• Процесс подтолкнул к принятию Конвенции о предупреждении преступления геноцида (1948) - термин «геноцид», предложенный юристом Рафаэлем Лемкиным, уже звучал в обвинительном заключении, - Всеобщей декларации прав человека (1948) и Женевских конвенций (1949).
• Нюрнберг стал образцом для международных трибуналов по бывшей Югославии (1993) и Руанде (1994) и для Римского статута Международного уголовного суда (1998).
• Собранные трибуналом документы и показания стали одним из важнейших источников по истории нацизма и Холокоста и первым публичным подробным изложением масштабов преступлений режима.
• Процесс дал толчок развитию синхронного перевода и Нюрнбергскому кодексу медицинской этики.