Тысячедневная война

Столетие братоубийственных войн

К концу XIX века Колумбия уже почти сто лет жила в состоянии почти хронической гражданской войны между двумя политическими лагерями - либералами, сторонниками федерализма, отделения церкви от государства и свободной торговли, и консерваторами, отстаивавшими сильное централизованное государство, привилегированное положение католической церкви и протекционистскую экономику. Только за вторую половину столетия страна пережила несколько крупных внутренних войн - в 1876-1877, 1885 и 1895 годах.

Переломным моментом стало принятие в 1886 году новой конституции - так называемого режима «Регенерации», введенного президентом Рафаэлем Нуньесом. Конституция резко усилила централизацию власти, восстановила привилегии католической церкви и фактически отстранила либералов от реального участия в управлении страной через систему выборов, дававшую правящей партии почти неограниченный контроль над их исходом. К концу 1890-х годов многие либералы были убеждены, что путь к власти через избирательные урны для них закрыт окончательно.

Кофе, бумажные деньги и выборы без выбора

Экономический фон только усугублял политический тупик. Колумбийская экономика в те годы держалась почти целиком на экспорте кофе, а мировые цены на него в 1890-х годах резко упали из-за стремительного расширения плантаций в Бразилии и других странах. Правительство, столкнувшись с падением таможенных поступлений, начало покрывать дефицит бюджета выпуском необеспеченных бумажных денег, что спровоцировало стремительное обесценивание песо и лишь усилило недовольство прежде всего кофейных производителей - как раз той части общества, что традиционно тяготела к либералам.

Последней каплей стал отказ Сената в октябре 1898 года утвердить закон о гарантиях честных выборов, которого добивались сторонники Рафаэля Урибе Урибе - влиятельного и харизматичного лидера либералов. После этого сама либеральная партия раскололась: часть во главе с ветераном Акилео Паррой продолжала настаивать на мирном, парламентском пути, тогда как сторонники Урибе Урибе - так называемые «герреристас» («воинственные») - пришли к выводу, что только вооруженное восстание способно изменить политическую систему страны.

Первые залпы и разгром при Палоньегро

Формально восстание было объявлено либералами департамента Сантандер 17 октября 1899 года, однако боевые действия начались чуть позже: 28 октября плохо организованный отряд либералов потерпел поражение при Педекуэсте, а 12-13 ноября провалилась их попытка взять Букараманге. Казалось, восстание захлебнется, толком не начавшись, - тем более что правительственные войска почти одновременно уничтожили небольшую либеральную флотилию на реке Магдалена.

Однако уже 15-16 декабря 1899 года отряды под личным командованием Рафаэля Урибе Урибе одержали неожиданную и весьма чувствительную победу над втрое превосходящей и куда лучше вооруженной правительственной армией в сражении при Пералонсо. Эта победа воодушевила либералов и позволила развернуть полномасштабную кампанию с участием регулярных по меркам той войны армий: Урибе Урибе командовал силами в департаментах Боливар и Магдалена, Фосьон Сото - в Сантандере, а генерал Бенхамин Эррера - в Каука и Панаме.

Успех, однако, оказался недолгим. 11-25 мая 1900 года в затяжном и чрезвычайно кровопролитном сражении при Палоньегро - одном из крупнейших боев за всю историю Латинской Америки XIX века - либеральная армия была окончательно разгромлена правительственными войсками. Этим сражением завершилась первая, «регулярная» фаза войны, продлившаяся около семи месяцев; впереди была куда более долгая и не менее разрушительная вторая фаза.

Переворот в собственном лагере

Пока на полях сражений решался исход войны, в самом консервативном лагере произошли собственные политические потрясения. Формальным главой государства оставался престарелый и физически немощный президент Мануэль Санклементе, фактически неспособный руководить страной в условиях войны. В 1900 году внутрипартийная фракция консерваторов организовала государственный переворот, отстранив Санклементе от власти и передав президентские полномочия вице-президенту Хосе Мануэлю Марокину.

Партизанская война без конца

После разгрома при Палоньегро либеральное сопротивление не прекратилось, а лишь сменило форму: вместо крупных полевых армий страну на два с половиной года захлестнула изнурительная партизанская война, которая по разрушительности для гражданского населения и экономики страны намного превзошла первую, «классическую» фазу конфликта. Правительственные силы жгли фермы и деревни, подозреваемые в поддержке партизан, вводили штрафы и конфискации имущества, но так и не смогли полностью подавить сопротивление военными методами. Подавляющее большинство жертв войны в эти месяцы, по свидетельствам современников, приходилось не на боевые столкновения, а на болезни и лишения, порожденные хаосом и разрухой.

Конфликт получил и заметное международное измерение: венесуэльский президент Сиприано Кастро открыто поддерживал либералов и даже признавал Урибе Урибе законным президентом Колумбии, направляя ему подкрепления, - но в июле 1901 года в сражении при Сан-Кристобале колумбийские правительственные войска нанесли поражение и венесуэльской помощи, существенно ограничив ее масштаб. Свои симпатии к той или иной стороне выражали также политические группировки Эквадора, Гватемалы, Сальвадора и Никарагуа.

Панамский фронт

Отдельным и по-своему символическим театром войны стал департамент Панама (в те годы - неотъемлемая часть Колумбии). Здесь либеральные силы под командованием генерала Бенхамина Эрреры добивались заметных успехов: в феврале 1901 года его немногочисленный отряд (около тысячи человек) нанес сокрушительное поражение вшестеро превосходящему по численности консервативному гарнизону в сражении при Агуадульсе. На стороне либералов в Панаме также сражались отряды коренных панамских индейцев под предводительством Викториано Лоренсо, для которых участие в войне было неразрывно связано с борьбой за собственные земельные права.

В январе 1902 года у берегов города Панама произошло небольшое морское сражение: либеральный корабль «Адмирал Падилья» разгромил зафрахтованное консерваторами у Чили судно «Лаутаро». Однако решающим фактором на панамском фронте стало не это, а появление у берегов Панамы военно-морских сил США, отправленных администрацией президента Теодора Рузвельта под предлогом защиты американских интересов в связи с будущим строительством межокеанского канала. Столкнувшись с угрозой прямого американского вмешательства, либеральные силы Эрреры были вынуждены сложить оружие.

Мир под дулами американских орудий

Первый из серии мирных договоров, формально прекративший боевые действия на большей части территории Колумбии, был подписан 24 октября 1902 года на плантации Неерландия. Однако бои в Панаме продолжались еще почти месяц, и лишь 21 ноября 1902 года на борту американского линкора «Висконсин», стоявшего в панамской бухте, было подписано окончательное мирное соглашение между правительством и остававшимися либеральными силами Панамы. Вскоре после капитуляции панамский индейский командир Викториано Лоренсо, несмотря на условия амнистии, был схвачен и казнен - этот эпизод по сей день воспринимается коренными панамцами как поражение их отдельной, самостоятельной борьбы за землю, наложившееся на общее поражение либералов.

Цена войны и потеря Панамы

Тысячедневная война остается самой кровопролитной войной в истории Колумбии: по различным оценкам, число погибших составило от 100 до 180 тысяч человек - от 2,5 до почти 4% всего населения страны на тот момент, огромная доля которых пришлась не на боевые действия, а на голод и эпидемии, спровоцированные войной. Экономика страны оказалась в руинах, а победившая Консервативная партия удержит власть в Колумбии еще почти три десятилетия - вплоть до 1930 года.

Наиболее долгосрочным и болезненным последствием войны, впрочем, стало не это. Колумбия вышла из конфликта настолько истощенной и внутренне ослабленной, что уже год спустя, в 1903 году, национальный Конгресс - во многом из соображений уязвленного суверенитета - отклонил договор с США о строительстве канала через Панамский перешеек (договор Эй - Эррана). Соединенные Штаты, чьи интересы в строительстве канала уже были обозначены военным присутствием во время самой войны, поддержали последовавшее вскоре восстание панамских сепаратистов, и в том же 1903 году Панама отделилась от Колумбии и провозгласила независимость - при активном содействии американского флота, блокировавшего переброску колумбийских войск на перешеек. Соглашение Хея - Бюно-Варильи, подписанное новым панамским правительством, отдало Соединенным Штатам полный контроль над зоной будущего Панамского канала.

Эхо войны в литературе

Тысячедневная война оставила по себе не только историческую, но и литературную память, ставшую всемирно известной благодаря нобелевскому лауреату Габриэлю Гарсиа Маркесу. Его дед по материнской линии, полковник Николас Маркес Мехия, был реальным ветераном этой войны, сражавшимся в рядах генерала Рафаэля Урибе Урибе, и именно его рассказы о пережитом легли в основу одного из центральных образов романа «Сто лет одиночества» - полковника Аурелиано Буэндиа, поднявшего, согласно роману, тридцать два вооруженных восстания и потерпевшего поражение во всех до единого. Сам же исторический Рафаэль Урибе Урибе, чья военная и политическая карьера пережила войну, был убит в Боготе в 1914 году - уже в мирное время, но все в той же не утихавшей атмосфере ожесточенного партийного противостояния, которое породила Тысячедневная война.

Интересные факты

• В сражении при Агуадульсе в 1901 году тысяча плохо вооруженных либеральных бойцов Бенхамина Эрреры разгромила консервативный гарнизон численностью в шесть раз больше, взяв в плен около 3300 человек, включая 13 генералов.
• Формальный конец войне в Панаме положило не колумбийское, а иностранное судно: последний мирный договор был подписан на борту американского военного корабля «Висконсин», а не на колумбийской земле.