Блокада Ленинграда (1941-1944)

Город накануне войны

К 1941 году Ленинград был вторым городом Советского Союза с населением около 3,2 миллиона человек. Бывшая имперская столица, «колыбель революции», он оставался крупнейшим центром тяжелой и оборонной промышленности: Кировский (бывший Путиловский) завод выпускал танки, Ижорский - броню, десятки предприятий работали на армию и флот. Здесь базировался Балтийский флот, находились ведущие университеты, научные институты, Эрмитаж и Русский музей.

Город пережил голод и разруху Гражданской войны, а в 1930-е годы - волну репрессий, начавшуюся после убийства Кирова в декабре 1934 года. В ходе «кировского потока» и Большого террора из Ленинграда выслали и расстреляли десятки тысяч человек. Партийную организацию города с 1934 года возглавлял Андрей Жданов, член Политбюро и один из ближайших к Сталину людей.

Зимняя война 1939-1940 годов отодвинула финскую границу от Ленинграда примерно на 150 километров. Но в июне 1941 года Финляндия, стремившаяся вернуть утраченные земли, выступила на стороне Германии.

«Барбаросса» и путь к городу

По плану «Барбаросса» захват Ленинграда поручался группе армий «Север» под командованием генерал-фельдмаршала Вильгельма фон Лееба. После нападения на СССР 22 июня 1941 года германские войска быстро прошли Прибалтику. Уже в июле бои шли на Лужском оборонительном рубеже в сотне километров от города.

Ленинград лихорадочно готовился к обороне. Сотни тысяч жителей, в основном женщины и подростки, рыли противотанковые рвы и строили укрепления на подступах. Из добровольцев сформировали дивизии народного ополчения - рабочих, студентов, ученых, артистов. Плохо вооруженные и почти необученные, они понесли огромные потери в боях лета 1941 года.

Эвакуация шла медленно и непоследовательно. До замыкания кольца из города вывезли, по данным советских органов, около 636 тысяч человек, в том числе беженцев из Прибалтики и соседних областей, а также оборудование крупнейших заводов. Часть детей эвакуировали в Ленинградскую область - прямо навстречу наступающему противнику, и их пришлось возвращать. Многие горожане уезжать не хотели, надеясь на скорое окончание войны. Одновременно в город прибывали тысячи беженцев.

8 сентября 1941 года германские войска взяли Шлиссельбург (Петрокрепость) у истока Невы на Ладожском озере. Сухопутная связь Ленинграда со страной прервалась. С севера на Карельском перешейке финские войска вышли примерно к старой границе 1939 года. В городе и пригородах внутри кольца осталось, по наиболее распространенной оценке, около 2,5 миллиона мирных жителей, в том числе около 400 тысяч детей, и еще около 340 тысяч - в пригородной зоне.

Важную роль в обороне сыграл Балтийский флот. В конце августа 1941 года он с тяжелыми потерями прорвался из осажденного Таллина в Кронштадт: на минных полях Финского залива погибли десятки кораблей и транспортов и, по разным оценкам, более десяти тысяч человек. Уцелевшие линкоры, крейсеры и эсминцы встали в Неве и у Кронштадта и своей артиллерией поддерживали сухопутные войска. Часть моряков сошла на берег и воевала в составе морской пехоты. В сентябре германская авиация атаковала корабли в Кронштадте; линкор «Марат» был тяжело поврежден, но продолжал вести огонь как неподвижная батарея. Западнее города советские войска удержали Ораниенбаумский плацдарм, отрезанный и от Ленинграда, и от остальной страны. Он сохранился до 1944 года и сыграл свою роль при снятии блокады.

Решение уморить голодом

В сентябре немцы пытались взять город штурмом. Были заняты Пушкин, Гатчина, Петергоф, Урицк; германские войска вышли на Пулковские высоты, откуда было видно город. 13 сентября командование Ленинградским фронтом вместо Климента Ворошилова принял Георгий Жуков. Жесткими мерами, вплоть до расстрелов отступающих, он остановил наступление. К концу сентября фронт стабилизировался.

Однако главной причиной перехода к осаде было решение Гитлера. Танковую группу Гепнера перебросили под Москву, а Ленинград предполагалось не брать, а уничтожить. Директива германского морского штаба от 22 сентября 1941 года прямо говорила о намерении стереть Петербург с лица земли, окружить его, разрушить обстрелом и бомбардировками и не принимать капитуляцию, поскольку проблема прокормления населения не может и не должна решаться Германией. Схожие указания давались и армейскому командованию: не принимать капитуляцию и не допускать выхода жителей из города через линию фронта.

Это решение укладывалось в общий нацистский «голодный план» - расчет на то, что десятки миллионов жителей СССР умрут от голода, чтобы продовольствие оккупированных территорий досталось Германии. Голод населения огромного города был не побочным следствием войны, а сознательно выбранным методом ее ведения.

Роль Финляндии остается предметом споров. Финские войска замыкали кольцо с севера, но на Карельском перешейке почти не продвинулись дальше старой границы, а маршал Маннергейм, по его собственным словам и по ряду других свидетельств, отказался штурмовать город. Финская армия не вела систематических артиллерийских обстрелов Ленинграда. В то же время она не отводила войска и держала блокаду вместе с германскими войсками до 1944 года.

Бадаевские склады и продовольствие

8 сентября 1941 года, в день замыкания кольца, германская авиация подожгла Бадаевские продовольственные склады. Пожар был огромным, над городом поднимался дым, и позже в памяти многих ленинградцев он стал главной причиной голода. Историки считают это преувеличением: на складах хранилось продовольствие на несколько дней, основная проблема состояла в том, что город вообще не имел достаточных запасов. Впоследствии пропитанную расплавленным сахаром землю со складов продавали на рынках как лакомство.

В начале сентября в Ленинграде было, по разным подсчетам, зерна и муки на 35 дней, крупы на 30, мяса на 33, жиров на 45 дней. Для снабжения города в Ленинград прибыл уполномоченный Государственного Комитета Обороны по продовольствию Дмитрий Павлов. Началось жесткое сокращение норм и поиск любых заменителей.

Норма в 125 граммов

Продовольственные карточки ввели еще в июле, но нормы с сентября снижались раз за разом. 20 ноября 1941 года их урезали в пятый раз. Рабочие стали получать 250 граммов хлеба в день, а служащие, иждивенцы и дети - 125 граммов. Кроме хлеба по карточкам полагались крупы, мясо и жиры, но их часто не было вовсе.

Сам блокадный хлеб лишь отчасти состоял из муки. В него добавляли пищевую целлюлозу, жмых, отруби, солод, обойную пыль, мучную пыль, выметенную из мельниц. Из хлопкового жмыха удаляли ядовитые вещества, из дрожжей и древесины делали белковые добавки, кожу и шкуры пускали на студень. Горожане варили клей, ремни и кожаные переплеты книг, ели столярный клей, собак, кошек, птиц. Потеря карточки, особенно в начале месяца, почти означала смерть: восстановить ее было практически невозможно.

25 декабря 1941 года, когда по ледовой дороге начали поступать грузы, нормы впервые повысили - рабочим до 350 граммов, остальным до 200. Весной 1942 года их увеличили еще, но смертность еще несколько месяцев оставалась огромной: люди умирали от последствий истощения.

Смертная зима 1941-1942 годов

Зима 1941-1942 годов выдалась ранней и очень холодной, морозы доходили до 30-40 градусов. Не работали отопление, водопровод, канализация, электричество давали лишь немногим предприятиям. Трамваи встали. Жители добывали воду из прорубей на Неве и каналах, топили печки-буржуйки мебелью, книгами, паркетом. Деревянные дома разбирали на дрова.

Голод убивал постепенно. Люди превращались в «дистрофиков» - истощенных до крайности. Умирали на улицах по дороге на работу или за хлебом, дома в постели, в очередях. Мертвых везли на санках, завернутыми в простыни, к моргам и кладбищам. Нередко тела часами и днями лежали на улицах, а в квартирах вымирали целые семьи, и живые подолгу не сообщали о смерти близких, чтобы получать их карточки.

По данным ленинградских органов, смертность в декабре 1941 года превысила 50 тысяч человек, а в январе и феврале 1942 года составляла, по разным оценкам, более 100 тысяч человек в месяц. Хоронить не успевали. Основная часть погибших была захоронена в братских могилах на Пискаревском, Серафимовском и других кладбищах; зимой траншеи для них рыли взрывами. На Пискаревском кладбище, по разным данным, похоронено около 420 тысяч мирных жителей и около 50 тысяч военнослужащих.

Среди свидетельств этой зимы - дневник одиннадцатилетней Тани Савичевой: несколько страниц в записной книжке, где девочка коротко отмечала даты смерти родных - бабушки, брата, дяди, матери - и заканчивала записью, что умерли все и осталась одна Таня. Таню вывезли из города, но она умерла от последствий истощения в эвакуации в 1944 году. Распространенное утверждение, будто дневник предъявлялся на Нюрнбергском процессе, документально не подтверждается.

Преступления голода

В самые тяжелые месяцы город столкнулся с тем, о чем советская пресса десятилетиями молчала. Росла преступность: нападения ради карточек и хлеба, грабежи квартир умерших. НКВД фиксировал случаи людоедства и трупоедства. По рассекреченным документам, к концу 1942 года за такие преступления было арестовано около двух тысяч человек. Большинство составляли не профессиональные преступники, а доведенные до отчаяния люди.

Одновременно органы НКВД продолжали аресты по политическим обвинениям. В блокадном городе велись дела о «пораженческих настроениях» и «антисоветской агитации», людей расстреливали, в том числе ученых. В 1941-1942 годах в городе были арестованы и высланы несколько тысяч человек немецкой и финской национальности, а также «социально опасные элементы».

Дорога жизни

Единственной связью со страной оставалось Ладожское озеро. Осенью 1941 года грузы перевозили баржами и катерами под бомбежками. 8 ноября немцы взяли Тихвин, перерезав железную дорогу, по которой грузы доставлялись к восточному берегу озера. Снабжение стало еще хуже. 9 декабря Красная армия отбила Тихвин, и путь частично восстановился.

Когда лед на Ладоге окреп, 20 ноября по нему прошел первый конный обоз, а 22 ноября - первые грузовики. Так возникла ледовая Военно-автомобильная дорога № 101, которую назвали Дорогой жизни. По ней под обстрелами и бомбежками ездили грузовики-полуторки, часто ночью и без фар. Некоторые машины проваливались под лед. Водители работали по многу часов подряд.

Ледовая дорога работала до конца апреля 1942 года. По ней в город доставили сотни тысяч тонн продовольствия, горючего и боеприпасов, а обратно вывезли раненых, оборудование и, по разным данным, более полумиллиона жителей. Всего за годы блокады из Ленинграда эвакуировали, по разным оценкам, от 1,3 до 1,7 миллиона человек, считая эвакуацию до замыкания кольца. Многие из вывезенных умирали по дороге или вскоре после прибытия от последствий истощения.

Летом 1942 года по дну Ладожского озера проложили трубопровод для горючего, а затем электрический кабель от Волховской ГЭС. Навигация возобновилась, снабжение улучшилось, и следующая блокадная зима, 1942-1943 годов, была уже не такой страшной.

Обстрелы и бомбежки

Голод был главным, но не единственным врагом. Германская артиллерия с Пулковских высот, из Пушкина и Стрельны систематически обстреливала город. За годы блокады на Ленинград упало, по советским данным, около 150 тысяч снарядов и более 100 тысяч зажигательных и фугасных бомб. От обстрелов и бомбежек погибли, по официальным данным, около 17 тысяч человек и почти 34 тысячи были ранены.

Обстрелы шли по расписанию, часто в часы, когда люди шли на работу или возвращались с нее. На стенах домов появились надписи о том, что при артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна - одна из них сохранена на Невском проспекте. По городскому радио, когда не было передач, звучал метроном: частый стук означал тревогу, редкий - отбой.

Пострадали и памятники. Пригородные дворцы - Екатерининский в Пушкине, Петергоф, Павловск, Гатчина - оказались на оккупированной территории и были разграблены и во многом уничтожены. Из Екатерининского дворца немцы вывезли Янтарную комнату, судьба которой до сих пор неизвестна. Коллекции Эрмитажа заранее эвакуировали в Свердловск, а в подвалах музея устроили бомбоубежища, где жили сотни человек. Статуи Летнего сада закопали в землю, шпили Адмиралтейства и Петропавловского собора, купол Исаакиевского собора закрыли маскировкой.

Жизнь, которая продолжалась

Несмотря на голод и холод, город продолжал работать. Заводы ремонтировали танки и выпускали снаряды; на Кировском заводе, расположенном в нескольких километрах от фронта, работа не прекращалась. В блокадной зиме работали некоторые школы, в холодных классах дети учились в пальто. Не прерывались передачи Ленинградского радио, где звучал голос поэтессы Ольги Берггольц, ставшей «голосом блокады». Работал Театр музыкальной комедии.

Сотрудники Всесоюзного института растениеводства, основанного Николаем Вавиловым (сам Вавилов умер в заключении в 1943 году), сохранили огромную коллекцию семян. Несколько сотрудников умерли от голода, так и не тронув зерна и клубни, которые берегли для будущих посевов.

Самым известным символом стойкости стала Седьмая симфония Дмитрия Шостаковича. Композитор начал ее в Ленинграде летом 1941 года, был эвакуирован, а премьера состоялась в Куйбышеве в марте 1942 года. Партитуру самолетом доставили в блокадный город. Из оркестра Радиокомитета к тому времени уцелели немногие; дирижер Карл Элиасберг собирал музыкантов по городу, в том числе с фронта. 9 августа 1942 года симфонию исполнили в Большом зале Филармонии. Чтобы немцы не сорвали концерт обстрелом, советская артиллерия заранее нанесла удар по германским батареям. Концерт транслировали по радио и через громкоговорители.

Бои за прорыв

Ленинградский и Волховский фронты неоднократно пытались прорвать кольцо. Особенно кровавыми были бои за Невский пятачок - небольшой плацдарм на левом берегу Невы, который советские войска удерживали с перерывами с сентября 1941 года по февраль 1943 года ценой огромных потерь. Любанская операция зимой-весной 1942 года закончилась окружением и гибелью 2-й ударной армии; ее командующий генерал Андрей Власов попал в плен и впоследствии возглавил коллаборационистскую Русскую освободительную армию. Синявинская операция осенью 1942 года также не принесла успеха.

Рядом с германскими частями у Ленинграда воевали и союзники Германии - испанская «Голубая дивизия», участвовавшая в том числе в боях под Красным Бором в феврале 1943 года.

Командующим Ленинградским фронтом с 1942 года был генерал Леонид Говоров. 12 января 1943 года войска Ленинградского и Волховского фронтов начали операцию «Искра». 18 января они соединились у Рабочих поселков и освободили Шлиссельбург. Вдоль южного берега Ладоги образовался коридор шириной 8-11 километров. За 17 дней по нему проложили железную дорогу, которую назвали Дорогой победы. Она простреливалась германской артиллерией, поезда шли ночью, но снабжение города наладилось. Блокада была прорвана, хотя еще не снята.

Освобождение

14 января 1944 года советские войска начали Ленинградско-Новгородскую операцию. Удары с Ораниенбаумского плацдарма и от Пулкова привели к соединению войск у Ропши и разгрому германской группировки под городом. Были освобождены Красное Село, Пушкин, Гатчина, Новгород. 27 января 1944 года блокада была полностью снята. Вечером в Ленинграде прогремел салют - 24 залпа из 324 орудий.

В июне 1944 года Красная армия провела Выборгскую операцию против Финляндии. В сентябре Финляндия заключила перемирие и вышла из войны.

Сколько погибло

Точное число жертв блокады неизвестно. На Нюрнбергском процессе советская сторона называла цифру 632 253 погибших мирных жителя. Современные историки считают ее заниженной: учет в самые страшные месяцы велся не полностью, не учитывались беженцы, не имевшие прописки, умершие в пригородах, на Дороге жизни и в эвакуации. Большинство оценок находится в пределах от 700 тысяч до 1,5 миллиона человек, наиболее распространены цифры около 800 тысяч - 1 миллиона. Более 90 % погибли от голода.

Огромными были и военные потери. Только безвозвратные потери Красной армии в боях за Ленинград с 1941 по 1944 год составили, по разным подсчетам, сотни тысяч человек, а с учетом раненых и больных общие потери фронтов превышали миллион.

Моральная оценка

Блокада Ленинграда была одним из самых тяжких преступлений нацистской Германии. Германское руководство сознательно выбрало голодную смерть сотен тысяч мирных жителей, в том числе детей, в качестве метода войны, заранее решив не принимать капитуляцию и не выпускать людей из города. Это преступление против человечности, не оправданное никакой военной необходимостью.

Признание этого не снимает вопросов к советскому руководству: запоздалая и плохо организованная эвакуация, отсутствие запасов, жестокость внутреннего режима, аресты и расстрелы внутри блокадного города - все это увеличило число жертв и ложится на ответственность советских властей.

Память и «Ленинградское дело»

Уже в годы войны появились медаль «За оборону Ленинграда» (1942), которой наградили около полутора миллионов человек, и Музей обороны Ленинграда. В 1945 году Ленинград был назван городом-героем (официальное звание с вручением знака получил в 1965 году).

Вскоре после войны память о блокаде оказалась под подозрением. В 1949-1950 годах по «Ленинградскому делу» были арестованы многие руководители города военных лет. Секретарь ЦК Алексей Кузнецов, председатель Госплана Николай Вознесенский, председатель Совмина РСФСР Михаил Родионов, ленинградский руководитель Петр Попков и другие были расстреляны. Музей обороны Ленинграда закрыли в 1952 году, а его экспонаты частично уничтожили. Музей был воссоздан лишь в 1989 году. Жданов умер в 1948 году, до начала «дела».

В советское время тема голода, людоедства, ошибок руководства и репрессий в блокадном городе оставалась почти закрытой. «Блокадная книга» Алеся Адамовича и Даниила Гранина - сборник свидетельств выживших - в конце 1970-х годов публиковалась с цензурными изъятиями, полный текст вышел лишь позже. Пискаревское мемориальное кладбище открыли в 1960 году. Широкий доступ к архивам появился только в конце 1980-х - 1990-х годах.

Германия с 2008 года выплачивает компенсации блокадникам еврейского происхождения как жертвам нацистских преследований. Российская сторона добивалась распространения этих выплат на всех выживших; вместо этого Германия выделила средства на гуманитарные проекты для блокадников. В 2022 году Санкт-Петербургский городской суд признал блокаду геноцидом советского народа.

Итоги

Блокада Ленинграда стала крупнейшей в новой истории осадой города и одной из самых страшных гуманитарных катастроф Второй мировой войны. Германия так и не взяла Ленинград, а удержание фронта под городом отвлекало значительные силы вермахта на протяжении почти трех лет. Город продолжал работать на оборону, а его защита стала одним из главных символов советской войны.

Цена этой стойкости оказалась огромной: от 700 тысяч до 1,5 миллиона погибших мирных жителей, почти полностью обезлюдевший к концу войны город, уничтоженные пригородные дворцы. Память о блокаде стала частью идентичности Петербурга: выжившие блокадники, день 27 января, Пискаревское кладбище, метроном и дневник Тани Савичевой остаются центральными образами этой истории.