Кронштадтское восстание

Зима 1921 года

К началу 1921 года гражданская война была практически выиграна. Врангель эвакуировался из Крыма в ноябре 1920-го, белые армии перестали существовать как сила, интервенты ушли.

Положение внутри страны при этом было катастрофическим.

Промышленное производство упало примерно до пятой части довоенного. Транспорт стоял, топлива не хватало, города вымирали и пустели: население Петрограда сократилось с двух с половиной миллионов человек в 1917 году примерно до семисот тысяч - люди уходили в деревню, где была еда.

Деревня, в свою очередь, жила под продразверсткой: излишки, а на деле часто и необходимое, изымались вооруженными отрядами. Частная торговля была запрещена, на дорогах стояли заградительные отряды, отбиравшие продукты у тех, кто вез их в город.

Пока шла война, это терпели: альтернативой считалось возвращение помещика. Когда война кончилась, а разверстка осталась, терпение иссякло.

Страну охватили крестьянские восстания. В Тамбовской губернии с лета 1920 года действовала армия Антонова, насчитывавшая десятки тысяч человек. В январе - феврале 1921 года поднялась Западная Сибирь: восставшие перерезали Транссиб и на несколько недель прервали подвоз хлеба в центр. Волнения шли на Украине, на Дону, в Поволжье.

В конце февраля забастовал Петроград. Началось на Трубочном заводе, перекинулось на другие предприятия; рабочие требовали хлеба, топлива, отмены заградотрядов и свободных выборов в советы. Власти ввели военное положение, провели аресты и одновременно пошли на частичные уступки - выдали дополнительный паек и разрешили выезд за продуктами.

Кронштадт

Морская крепость на острове Котлин прикрывала подходы к Петрограду с моря и была главной базой Балтийского флота. На острове жило около пятидесяти тысяч человек, включая примерно пятнадцать тысяч моряков и солдат гарнизона. У причалов стояли вмерзшие в лед линкоры «Петропавловск» и «Севастополь».

Репутация кронштадтцев была особой. В 1917 году они были ударной силой революции - в июльские дни, в октябре, при подавлении выступления Керенского. Троцкий назвал их гордостью и славой революции, и эта фраза потом преследовала его при объяснении событий 1921 года.

Именно поэтому восстание произвело такое впечатление: против власти выступили не бывшие офицеры и не крестьяне глухой губернии, а люди, эту власть установившие.

Резолюция

26 февраля кронштадтцы направили в Петроград делегацию, чтобы выяснить, что происходит на бастующих заводах. Вернувшись, делегаты доложили о забастовках, арестах и о том, что рабочие требований своих не сняли.

28 февраля команда линкора «Петропавловск» приняла резолюцию из пятнадцати пунктов - основной документ восстания.

Требования были следующими: немедленно переизбрать советы тайным голосованием при свободной предвыборной агитации; предоставить свободу слова и печати рабочим, крестьянам, анархистам и левым социалистическим партиям; обеспечить свободу собраний профессиональных союзов и крестьянских объединений; созвать беспартийную конференцию рабочих, красноармейцев и матросов Петрограда, Кронштадта и губернии; освободить политических заключенных из социалистических партий, а также рабочих и крестьян, арестованных в связи с рабочими и крестьянскими выступлениями; упразднить политотделы и коммунистические боевые отряды в частях; уравнять паек для всех трудящихся; снять заградительные отряды; предоставить крестьянам право распоряжаться своей землей и держать скот при условии, что они не применяют наемный труд; разрешить мелкое кустарное производство.

Существенно, что в документе нет требования упразднить советскую власть. Речь шла о советах без монополии одной партии - отсюда формула, ходившая в эти недели: вся власть советам, а не партиям.

Якорная площадь

1 марта на Якорной площади Кронштадта собрался митинг, на который пришло, по разным оценкам, пятнадцать-шестнадцать тысяч человек.

Из Петрограда приехал Михаил Калинин, председатель ВЦИК, - фигура, специально выбранная как крестьянская и располагающая к себе. Его выслушали и освистали. Комиссара флота Кузьмина, попытавшегося говорить угрожающе, стащили с трибуны.

Резолюцию «Петропавловска» приняли практически единогласно.

2 марта на делегатском собрании был избран Временный революционный комитет из пятнадцати человек. Председателем стал Степан Петриченко - старший писарь с «Петропавловска», украинец крестьянского происхождения, человек без политического опыта.

Комитет взял на себя управление крепостью. Около трехсот коммунистов были арестованы, но ни один из них не был казнен - обстоятельство, которое впоследствии постоянно приводилось в спорах о характере восстания. Из местной партийной организации, насчитывавшей около двух тысяч человек, примерно половина вышла из партии, многие публично.

Комитет начал выпускать собственные «Известия», вышедшие четырнадцатью номерами.

Ответ

Москва определила происходящее немедленно и однозначно: белогвардейский мятеж, организованный эсерами и Антантой, во главе которого стоит бывший царский генерал Козловский.

Козловский действительно находился в крепости - он был военным специалистом, начальником артиллерии, и в 1921 году таких служило в Красной армии десятки тысяч. К руководству восстанием он отношения не имел и, по свидетельствам, примкнул к нему неохотно; ревком состоял из матросов и рабочих. Но фигура генерала была нужна для объяснения.

Семьи кронштадтских командиров, находившиеся в Петрограде, были взяты заложниками; об этом объявили публично.

Восставшим предъявили ультиматум с требованием безоговорочной сдачи.

Анархисты Эмма Гольдман и Александр Беркман, находившиеся в это время в Петрограде, обратились к властям с предложением выступить посредниками. Ответа они не получили.

Штурм

Подавление поручили 7-й армии под командованием Михаила Тухачевского. К заливу стянули, по разным оценкам, от сорока пяти до шестидесяти тысяч человек.

Главную трудность составляла местность. Крепость на острове, прикрытая фортами и корабельной артиллерией, была неприступна с моря; единственный путь вел по открытому льду залива, простреливаемому насквозь, без единого укрытия. К тому же весна приближалась, и таяние льда сделало бы штурм невозможным, а крепость - недосягаемой до следующей зимы.

Первый штурм 8 марта был приурочен к открытию Х съезда партии и провалился. Наступавшие шли по льду под огнем, часть провалилась в полыньи от разрывов, атака захлебнулась с большими потерями. Отмечены случаи отказа красноармейских частей идти в атаку и перехода отдельных подразделений на сторону восставших; ненадежные части разоружали и отправляли в тыл.

К повторному штурму готовились неделю. Прибыли подкрепления, включая около трехсот делегатов партийного съезда, посланных в войска для поднятия духа, - среди них Ворошилов и Дыбенко. Позади наступающих поставили заградительные части.

В ночь на 17 марта началась вторая атака. Наступали в белых маскировочных халатах, несколькими колоннами. Ворвавшись в город, бойцы дрались за каждую улицу и дом до следующего вечера. 18 марта крепость пала - в день пятидесятилетия Парижской коммуны, что отмечалось в советской печати как символическое совпадение.

Расправа

Потери наступавших по официальным данным составили около пятисот убитых и более трех тысяч раненых; реальные цифры, по оценкам исследователей, были значительно выше.

Восставшие потеряли убитыми около тысячи человек. Примерно восемь тысяч, включая Петриченко, ушли по льду в Финляндию, где были интернированы. Часть из них позднее вернулась по амнистии и оказалась в лагерях.

Оставшихся судили ревтрибуналы. По подсчетам, основанным на документах, к расстрелу было приговорено более двух тысяч человек; несколько тысяч отправили в заключение, в том числе в Соловецкий лагерь. Семьи участников высылали.

Петриченко прожил в Финляндии четверть века, в 1945 году был передан советской стороне и умер в заключении в 1947-м.

Шестнадцать дней

Между принятием резолюции и падением крепости прошло чуть больше двух недель, и то, как восставшие распорядились этим временем, во многом объясняет исход.

Внутри крепости сохранялся порядок. Ревком наладил охрану, снабжение, работу госпиталя, выпускал газету и вел переговоры с делегациями от петроградских предприятий. Арестованных коммунистов содержали в тюрьме без насилия; часть их впоследствии свидетельствовала об этом. Расстрелов не было ни одного - при том, что пропаганда с материка ежедневно сообщала о зверствах.

Настроение было приподнятым и наивным. Восставшие исходили из того, что их резолюция выражает общее мнение страны, что Петроград поднимется следом, что за ним пойдут другие города и гарнизоны, и власть будет вынуждена согласиться на свободные выборы. Собственно военных задач они себе почти не ставили.

Между тем возможности были.

Ледоколы, стоявшие в Кронштадте, могли взломать лед вокруг острова и сделать штурм невозможным до весны; этого не сделали. Артиллерия линкоров и фортов могла помешать сосредоточению войск на берегу и разрушить исходные позиции; огонь велся вяло, отчасти из-за нехватки снарядов, отчасти из нежелания стрелять по своим. Предложения занять южный берег залива и форт Красная Горка, откуда простреливались подходы, отвергались как переход к наступательной войне, которая противоречила бы заявленному: восставшие настаивали, что они не мятежники, а граждане, требующие исполнения закона.

Продовольствия в крепости оставалось недели на две. Норвежские и эмигрантские организации предлагали помощь; ревком принял только продовольствие от Красного Креста и отказался от политических предложений белых эмигрантов, публично заявив об этом в своей газете.

Иными словами, восставшие вели себя как участники политической кампании, а не как гарнизон осажденной крепости, - и проиграли именно поэтому. Их противник, напротив, с первого дня действовал как в военной операции: заложники, ультиматум, сосредоточение сил, штурм в срок, продиктованный не политикой, а состоянием льда.

Нэп

Х съезд партии работал с 8 по 16 марта - ровно в те дни, когда шел штурм, и часть делегатов уехала на фронт прямо с заседаний.

Съезд принял два решения, определивших следующее десятилетие.

Первое - переход к новой экономической политике: продразверстка заменялась продовольственным налогом, крестьянин получал право распоряжаться излишками, разрешалась частная торговля. Это было почти буквальным исполнением ряда пунктов кронштадтской резолюции.

Второе - резолюция о единстве партии, запрещавшая фракции и группировки. Экономические послабления сопровождались ужесточением политического режима.

Ленин впоследствии говорил, что Кронштадт осветил действительность ярче, чем что бы то ни было. Решение о нэпе готовилось и раньше - под влиянием крестьянских восстаний и хозяйственного тупика, - но именно события марта сделали его неотложным.

Такое совпадение породило самый едкий довод критиков: восставшие добились экономической части своих требований и были за это расстреляны.

Что это значило

Для части левых Кронштадт стал точкой окончательного разрыва с большевизмом.

Эмма Гольдман и Александр Беркман, приехавшие в Россию с надеждой и наблюдавшие происходившее вблизи, после марта 1921 года покинули страну и стали последовательными критиками советского режима. Беркман описал события в отдельной книге.

Виктор Серж, тогда еще разделявший большевистские взгляды, писал позднее, что происходившее было ужасно, что восставшие были правы в требованиях, но что победа Кронштадта, по его тогдашнему убеждению, открыла бы дорогу хаосу и контрреволюции - и что он до конца жизни не был уверен в правильности этого рассуждения.

В международном левом движении Кронштадт на десятилетия стал пробным камнем. Троцкий, сам отдававший распоряжения в марте 1921 года, вынужден был объясняться и в 1938 году выпустил статью в защиту подавления. Его оппоненты слева использовали этот эпизод как доказательство того, что репрессивный поворот начался не при Сталине.

В Советском Союзе событие описывалось как мятеж, организованный белогвардейцами и иностранными разведками, вплоть до конца существования государства. Участники восстания были реабилитированы указом президента России в 1994 году.