Основание Баухауса

Веймар, 1919 год

Школа возникла в том же городе и в те же месяцы, когда Национальное собрание писало конституцию новой германской республики. Совпадение не случайное: и то и другое было попыткой начать заново после катастрофы.

Вальтеру Гропиусу было тридцать шесть лет. До войны он успел прославиться постройкой фабрики «Фагус» со сплошным стеклянным углом - зданием, которое считают одним из первых образцов современной архитектуры. Четыре года он провел на фронте, был ранен, награжден и вернулся с убеждением, что прежняя культура себя дискредитировала.

Основой послужили два уже существовавших веймарских учреждения: академия изящных искусств и школа прикладного искусства, которую до войны возглавлял бельгиец Анри ван де Велде. Уезжая в 1915 году как подданный враждебного государства, ван де Велде назвал Гропиуса среди возможных преемников. В апреле 1919 года два заведения были слиты в одно под новым названием.

Слово было придумано Гропиусом по образцу средневекового «Bauhütte» - артели каменщиков, строивших собор.

Манифест

Программный текст вышел в апреле 1919 года с гравюрой Лионеля Фейнингера на обложке: готический собор с тремя звездами над шпилями.

Содержание было неожиданным для человека, известного стеклянными фабриками. Гропиус писал, что конечная цель всякой изобразительной деятельности - постройка; что между художником и ремесленником нет принципиальной разницы и художник есть лишь высшая ступень ремесленника; что надо покончить с высокомерием, воздвигшим стену между ними, и совместно строить здание будущего.

Тон был экспрессионистским и почти религиозным, образец - средневековая строительная артель, где скульптор, стекольщик и каменщик работали над одним собором без разделения на высокое и прикладное.

Как учили

Устройство школы следовало той же метафоре.

Преподавателей называли не профессорами, а мастерами. Учащиеся проходили ступени подмастерья и помощника. Каждая мастерская имела двойное руководство: мастер формы - художник - и мастер ремесла - технолог, умеющий работать с материалом. Мастерских было около десятка: столярная, металлическая, ткацкая, керамическая, витражная, настенной живописи, печатная, позднее театральная.

Главным новшеством стал вводный курс, обязательный для всех поступивших. Его создал швейцарец Йоханнес Иттен. Вместо копирования образцов студенты изучали свойства материалов на ощупь, законы контраста, соотношения цветов и фактур. Курс был построен на раскрепощении, а не на выучке, и включал дыхательные упражнения и гимнастику - Иттен состоял в мистической секте и приводил в нее учеников, что позднее стало причиной конфликта.

Вводный курс оказался самым долговечным изобретением школы: в том или ином виде он лежит в основе дизайнерского образования во всем мире.

Мастера

Гропиус собрал состав, который сегодня кажется невероятным.

Лионель Фейнингер пришел первым. За ним последовали Герхард Маркс, Оскар Шлеммер, в 1921 году Пауль Клее, в 1922-м Василий Кандинский, в 1923-м венгр Ласло Мохой-Надь. Из собственных выпускников в мастера выросли Марсель Брейер, Йозеф Альберс, Герберт Байер.

Клее и Кандинский вели занятия по теории формы и цвета, и их лекции, изданные позже, стали классикой теории искусства.

Женщины

В первый же год заявлений от женщин поступило больше, чем ожидалось: устав школы декларировал равный прием, что для художественного образования того времени было редкостью.

Практика оказалась иной. Гропиус, опасаясь за репутацию школы, фактически направлял поступивших в ткацкую мастерскую, считавшуюся подобающей. Мастерская стала одной из самых успешных и коммерчески прибыльных; Гунта Штельцль дошла в ней до звания мастера - единственная женщина в этом статусе за всю историю школы.

Главным исключением была Марианна Брандт, добившаяся работы в металлической мастерской. Спроектированные ею светильники, пепельницы и чайники относятся к самым известным предметам Баухауса и до сих пор производятся.

Поворот 1923 года

Первые годы были экспрессионистскими и ремесленными. Затем Гропиус развернул школу почти на сто восемьдесят градусов.

Новый лозунг, провозглашенный на выставке 1923 года, звучал как единство искусства и техники. Цель теперь состояла не в возрождении артели, а в создании образцов для промышленного производства: вещей простых, функциональных, пригодных к тиражированию и потому доступных.

Иттен, считавший это предательством, ушел. Вводный курс перешел к Мохой-Надю, стороннику техники, фотографии и новых материалов.

К выставке был построен экспериментальный жилой дом, показавший, как может выглядеть оборудованное по-новому жилище со встроенной кухней и стандартной мебелью.

Дессау

В 1924 году в Тюрингии победили правые, финансирование школы урезали вдвое, и она самораспустилась, приняв приглашение промышленного города Дессау.

Дессауский период стал главным.

Гропиус построил для школы здание, ставшее манифестом в бетоне и стекле: асимметричный план по функциям, сплошная стеклянная навесная стена, плоские крыши, надпись вертикальными буквами. Рядом возникли дома мастеров, чуть дальше - рабочий поселок Тертен.

Заработали мастерские. Марсель Брейер, по собственному рассказу вдохновившись рулем велосипеда, начал гнуть мебель из стальных трубок - его кресла выпускаются по сей день. Марианна Брандт проектировала осветительные приборы. Герберт Байер разработал шрифт без прописных букв. Обои, созданные в школе, продавались миллионами рулонов и приносили основной доход. Оскар Шлеммер ставил спектакли с геометрическими костюмами.

С 1926 года школа получила статус высшего учебного заведения с дипломом.

Три директора

Гропиус ушел в 1928 году, устав от административной борьбы, и сам предложил преемника.

Швейцарец Ханнес Мейер, коммунист по убеждениям, считал, что задача архитектуры - удовлетворять народные потребности, а не создавать эстетские объекты. При нем школа стала прибыльной и одновременно политизированной: студенческие ячейки, участие в рабочем движении. В 1930 году городские власти его уволили.

Мис ван дер Роэ, приглашенный на его место, запретил политику, сократил мастерские и сделал упор на архитектуру. Спасти школу это не помогло.

Закрытие

В 1931 году большинство в городском совете Дессау получили национал-социалисты. Для них Баухаус был воплощением всего ненавистного: интернационализма, левизны, отказа от национальной традиции, «еврейско-большевистского» искусства. Плоские крыши считались неарийскими.

В 1932 году школу закрыли. Мис перевез ее в Берлин, в помещение бывшей телефонной фабрики, и попытался вести как частное заведение на собственные средства. После прихода нацистов к власти здание обыскала полиция, а 20 июля 1933 года преподаватели приняли решение о самороспуске.

Рассеяние

Закрытие обернулось распространением.

Гропиус и Брейер оказались в Гарварде, где воспитали поколение американских архитекторов. Мис ван дер Роэ возглавил архитектурную школу в Чикаго и построил там башни, определившие облик американского делового центра. Йозеф и Анни Альберс преподавали в экспериментальном колледже Блэк-Маунтин, затем в Йеле. Мохой-Надь основал в Чикаго Новый Баухаус.

Часть выпускников уехала в подмандатную Палестину: центр Тель-Авива застроен тысячами зданий в этом стиле, и квартал внесен в список всемирного наследия.

То, что начиналось как немецкая школа с тремя сотнями студентов, стало международным языком архитектуры и дизайна, известным под названием интернационального стиля.