Первая Гаагская мирная конференция и Гаагские конвенции

Царь, который созвал мир

24 августа 1898 года российский император Николай II разослал иностранным державам необычный дипломатический документ циркуляр, предлагавший созвать международную конференцию для обсуждения ограничения вооружений и поиска путей к прочному миру. Инициатива исходила не только от самого императора, но и в значительной мере от его министра иностранных дел графа Михаила Муравьева, который 11 января 1899 года разослал уточненный циркуляр с конкретной повесткой: замораживание численности вооруженных сил и военных бюджетов на существующем уровне, ограничение применения новых видов вооружений и мирное урегулирование межгосударственных споров.

За этим дипломатическим шагом стояли вполне практические соображения. Скачкообразное развитие военных технологий конца XIX века магазинные винтовки, скорострельная артиллерия, бездымный порох вынуждало европейские державы наращивать военные расходы почти без остановки, и Российская империя, экономически уступавшая своим главным конкурентам, особенно остро ощущала это финансовое бремя: в частности, стремительное перевооружение артиллерии Австро-Венгрии грозило поставить Петербург в заведомо проигрышное положение, угнаться за которым без огромных затрат было практически невозможно.

Пророк из Варшавы: Иван Блиох и его «Будущая война»

Заметное влияние на решение Николая II оказал многотомный трактат «Будущая война в техническом, экономическом и политическом отношениях» польского банкира, промышленника и публициста Ивана Блиоха, изданный в 1898 году. Блиох на основе детального технического и экономического анализа доказывал, что будущая большая война между великими европейскими державами при новом уровне развития вооружений неизбежно превратится в изматывающую позиционную бойню без явного победителя и обернется катастрофой для всей европейской цивилизации. Вывод, который спустя полтора десятилетия найдет трагическое подтверждение в окопах Первой мировой войны. По имеющимся сведениям, Блиох добился личной аудиенции у императора незадолго до созыва конференции, и его аргументы напрямую повлияли на формулировки царского циркуляра.

26 государств в Гааге

Конференция открылась 18 мая 1899 года в день рождения самого Николая II во дворце Хейс-тен-Бос под Гаагой; в ее работе приняли участие представители 26 государств, включая все великие европейские державы, США, Мексику, Японию, Китай, Персию и Сиам. Работа велась в рамках трех комиссий: первая занималась вопросами ограничения вооружений, вторая кодификацией законов и обычаев войны, третья мирным урегулированием международных споров.

Хотя формально в конференции участвовали только официальные правительственные делегаты, заметное хотя и неофициальное влияние на ее ход оказала международная пацифистская общественность. Австрийская писательница и активистка Берта фон Зутнер, автор прославленного антивоенного романа «Долой оружие!», присутствовала в Гааге как журналистка и общественный наблюдатель, встречалась с делегатами и вела с ними активную переписку, пытаясь удержать конференцию от риска, о котором сама предупреждала: что участники сосредоточатся на смягчении «ужасов будущей бойни» вместо того, чтобы бороться за предотвращение самих войн. Шестью годами позже, в 1905 году, фон Зутнер станет первой женщиной, удостоенной Нобелевской премии мира.

Крах главной цели: разоружение так и не состоялось

Несмотря на то что вопрос об ограничении вооружений был заявлен как центральный пункт российской инициативы, именно по нему конференция потерпела наиболее очевидное поражение. Германская делегация, действовавшая по прямым указаниям кайзера Вильгельма II, категорически отвергала саму идею фиксации или сокращения численности армий, справедливо усматривая в ней угрозу собственным планам военного строительства; немецкую позицию в этом вопросе фактически поддержали и некоторые другие державы. В итоге конференция смогла принять лишь необязывающую резолюцию о желательности дальнейшего изучения вопроса об ограничении вооружений притом что на практике это означало полный провал первоначального замысла Петербурга.

Пацифистский суд: Постоянная палата третейского суда

Наиболее прочным практическим результатом конференции стала первая из трех принятых конвенций «Конвенция о мирном разрешении международных столкновений», учредившая Постоянную палату третейского суда в Гааге первый в истории постоянно действующий международный орган, предназначенный для разрешения споров между государствами через добровольный арбитраж, а не войну. Хотя обращение к палате оставалось для государств делом сугубо добровольным, а ее реальное использование в первые годы существования оказалось крайне скромным (всего четыре дела за первые восемь лет), сам факт появления постоянного международного судебного механизма стал важным прецедентом, на который впоследствии опирались и Лига Наций, и созданный уже после Второй мировой войны Международный суд ООН.

Правила войны на суше и статья, вошедшая в историю

Вторая конвенция «О законах и обычаях сухопутной войны» кодифицировала правила обращения с военнопленными, ранеными, гражданским населением на оккупированных территориях и допустимые методы ведения боевых действий, во многом опираясь на более раннюю Брюссельскую декларацию 1874 года и американский Кодекс Либера времен Гражданской войны в США.

Одним из наиболее спорных вопросов при обсуждении этой конвенции стал статус партизан и добровольцев, бравшихся за оружие стихийно, без формальной принадлежности к регулярной армии. Великие державы настаивали на праве расстреливать таких бойцов, тогда как делегации малых государств, справедливо опасавшихся, что именно им в случае вторжения превосходящих сил придется полагаться на всеобщее ополчение, требовали признать за такими защитниками статус законных участников боевых действий. Компромиссную формулировку, позволившую примирить обе позиции, предложил российский юрист-международник Федор Мартенс: не разрешая спор по существу, она указывала, что в случаях, не охваченных писаными нормами конвенции, население и воюющие стороны продолжают оставаться под защитой принципов международного права, вытекающих из установившихся между цивилизованными народами обычаев, законов человечности и требований общественного сознания. Эта формулировка, вошедшая в историю права как «оговорка Мартенса», пережила саму конвенцию и по сей день цитируется в международном гуманитарном праве как один из основополагающих принципов, заполняющих пробелы писаного права.

Женевские принципы для моря

Третья конвенция распространяла принципы Женевской конвенции об обращении с ранеными на морскую войну защиту госпитальных судов, раненых, тонущих моряков и медицинского персонала на воде, заполнив пробел, до того существовавший в международном праве применительно именно к морским, а не сухопутным конфликтам.

Три декларации

Помимо трех основных конвенций, конференция приняла три отдельные декларации, ограничивавшие применение конкретных видов вооружений:

• пятилетний запрет на сбрасывание снарядов и взрывчатых веществ с воздушных шаров и аналогичных летательных аппаратов;
• запрет на применение снарядов, единственным назначением которых является распространение удушающих или иных вредоносных газов;
• запрет на применение пуль, легко разворачивающихся или сплющивающихся в теле человека, так называемых пуль дум-дум.

Последнее название пришло от арсенала Дум-Дум близ Калькутты в Британской Индии, где с середины 1890-х годов производились экспансивные пули с оголенным мягким наконечником, впервые примененные британскими колониальными войсками в ходе Читральской экспедиции 1895 года и в сражении при Омдурмане в Судане в 1898 году. Британский делегат на конференции пытался обосновать применение подобных пуль в колониальных войнах ссылкой на то, что противник, по его словам, зачастую продолжал атаку даже после обычного ранения, однако остальные участники конференции эту аргументацию не приняли и запретили применение таких боеприпасов подавляющим большинством голосов.

Итоги и долгое эхо конференции

Ирония истории заключается в том, что не успели чернила на итоговых документах как следует высохнуть, как в том же 1899 году, всего через несколько месяцев после закрытия конференции, посвященной ограничению вооружений и мирному урегулированию споров, началась Англо-бурская война одна из самых кровопролитных войн конца XIX века, а сам инициатор конференции, Российская империя, всего через пять лет окажется втянута в войну с Японией. Эффективность гаагских механизмов в предотвращении конкретных вооруженных конфликтов на практике оказалась крайне ограниченной.

Тем не менее заложенная в 1899 году правовая основа пережила и саму конференцию, и ее создателей. В 1907 году в Гааге собралась вторая, значительно более представительная конференция уже с 44 участвовавшими государствами, расширившая и уточнившая принятые ранее конвенции. Для размещения Постоянной палаты третейского суда на средства, пожертвованные американским промышленником и филантропом Эндрю Карнеги, в Гааге был построен специальный Дворец мира, торжественно открытый в 1913 году, само здание должно было служить постоянным символом идеи мирного разрешения международных споров, воплощенной в жизнь буквально накануне крупнейшей войны, которую до тех пор видел мир.