Лозаннский мирный договор

От Севра к Лозанне

Три года между перемирием в Мудросе и Лозанной - история того, как проигравшая сторона переписала условия собственного поражения.

Севрский договор, подписанный 10 августа 1920 года правительством султана, расчленял Анатолию: Восточная Фракия и район Смирны отходили Греции, на востоке создавались Армения и курдская автономия, проливы переходили под международное управление, Франция и Италия получали зоны влияния на юге. Туркам оставался клочок в центре и на севере полуострова.

Договор отверг анкарский парламент, объявивший себя единственной законной властью. Затем Анкара последовательно выиграла войны на всех фронтах: в 1920 году разгромила Армению, в 1921 году добилась ухода Франции из Киликии и ухода Италии, а в августе - сентябре 1922 года разбила греческую армию и вошла в Смирну. 11 октября 1922 года в городке Мудания на Мраморном море было подписано перемирие.

Севр был мертв. Требовался новый договор.

Чанак

Одно событие, предшествовавшее конференции, объясняет, почему союзники пришли в Лозанну без готовности воевать.

В сентябре 1922 года, после взятия Смирны, турецкие войска двинулись к проливам, где в нейтральной зоне у Чанаккале стоял небольшой британский гарнизон. Премьер-министр Ллойд Джордж, до последнего поддерживавший Грецию, решил остановить их силой и обратился к доминионам с призывом прислать войска.

Отклик оказался обескураживающим. Канада ответила, что решение будет принимать ее парламент; Австралия и Южная Африка тоже не выразили готовности. Франция и Италия отозвали свои контингенты из зоны. Британское общество, через четыре года после окончания мировой войны, не желало новой.

Столкновения удалось избежать благодаря выдержке британского командующего на месте, генерала Чарльза Харингтона, который не стал исполнять ультиматум, и Мудания стала перемирием, а не войной.

Политические последствия были немедленными: консервативные депутаты отказались поддерживать коалицию, и в октябре 1922 года Ллойд Джордж ушел в отставку - навсегда. Доминионы впервые публично показали, что не последуют за Лондоном автоматически.

Союзники сели за стол в Лозанне, зная, что угрожать войной не могут.

Наблюдатели

Конференция привлекла внимание всей Европы, и среди присутствовавших были люди, прославившиеся позже.

В первые дни в Лозанну приехал Бенито Муссолини, назначенный премьер-министром за три недели до того. Встречу с Пуанкаре и Керзоном он устроил так, чтобы они пришли к нему, а не он к ним, - заставив их прогуляться до его гостиницы в соседнем городке. Этот эпизод стал первым выходом фашистского лидера на международную сцену.

Среди корреспондентов был молодой Эрнест Хемингуэй, освещавший конференцию для канадской газеты «Торонто стар». Он написал о Муссолини очерк, назвав его величайшим блефом в Европе и описав, как тот позировал перед журналистами с раскрытой книгой, оказавшейся французско-английским словарем, перевернутым вверх ногами. Точность этой детали проверить невозможно, но очерк стал известным.

Соединенные Штаты участвовали в конференции только как наблюдатели, отстаивая интересы американских компаний, прежде всего в вопросе о нефтяных концессиях в Мосуле.

Две делегации

Союзники поначалу пригласили на конференцию оба правительства - султанское в Стамбуле и анкарское. Мустафа Кемаль использовал это приглашение, чтобы решить вопрос о власти: 1 ноября 1922 года Великое национальное собрание упразднило султанат, и через две недели последний султан бежал на британском корабле.

Турцию на переговорах представляла единственная делегация - анкарская.

Ее возглавлял Исмет-паша, генерал, одержавший победы над греками у Иненю в 1921 году; позже он взял фамилию по месту этих сражений. Дипломатического опыта у него не было. Кемаль выбрал его за упорство и лояльность.

Глухота как метод

С Исметом-пашой связана знаменитая черта переговоров.

Он был заметно глуховат и, по многочисленным свидетельствам, превратил недостаток в оружие. Когда британская или французская сторона выдвигала неприемлемое предложение, он делал вид, что не расслышал, и просил повторить. Когда ему грозили, он спокойно отвечал о чем-то другом. Выступления союзных делегатов он встречал бесконечным повторением одной и той же позиции - без раздражения и без уступок.

Лорд Керзон, британский министр иностранных дел, глава союзной делегации в первом раунде, был человеком блестящим, высокомерным и не привыкшим к тому, что с ним спорят на равных. Отношения между двумя руководителями стали центральным сюжетом первого этапа. Керзон, по воспоминаниям очевидцев, приходил в ярость, стучал по столу, требовал немедленного ответа - и получал вежливую просьбу повторить.

За Исметом стоял Кемаль, с которым шла постоянная переписка через Анкару; позиция делегации определялась там.

Первый раунд

Конференция открылась 20 ноября 1922 года.

Керзон вел ее как председатель и как победитель, стремясь провести условия, близкие к максимально возможным для союзников. Спорных вопросов было множество, и по большинству стороны сближались. Два оказались непреодолимыми.

Мосул. Вилайет на севере Месопотамии, населенный преимущественно курдами, с нефтяными перспективами, был занят британцами уже после перемирия. Турция считала его своим по Национальному обету, Британия - частью подмандатного Ирака.

Капитуляции. Так называлась система, существовавшая с XVI века: иностранцы в Османской империи были неподсудны местным судам, освобождены от ряда налогов и пользовались особыми правами. Союзники хотели сохранить ее хотя бы в смягченном виде. Для Анкары ее отмена была условием суверенитета.

4 февраля 1923 года Керзон предъявил окончательный проект и объявил, что уезжает вечерним поездом. Исмет договор не подписал. Керзон уехал; поезд, как рассказывали, задержали на полчаса в надежде, что турки передумают. Этого не произошло.

Конференция была прервана.

Второй раунд

Перерыв длился почти три месяца. Турция не уступила, а союзники оказались не в состоянии возобновить войну: общественное мнение в Британии и Франции было против, Франция к тому же с января 1923 года была занята оккупацией Рура.

Конференция возобновилась 23 апреля 1923 года. Британскую делегацию теперь возглавлял не Керзон, а верховный комиссар в Стамбуле сэр Хорас Рамболд - опытный дипломат, менее склонный к риторике.

Вопрос о Мосуле было решено отложить: стороны договорились урегулировать его в течение девяти месяцев путем двусторонних переговоров, а в случае неудачи передать в Лигу Наций. Капитуляции отменялись полностью.

Оставшиеся вопросы решались медленно и кропотливо: долги, концессии, таможенные тарифы, судьба отдельных островов, режим проливов. 24 июля 1923 года договор был подписан.

Убийство Воровского

Советская Россия не была участницей договора, но ее пригласили на обсуждение вопроса о проливах. В первом раунде советскую делегацию возглавлял нарком иностранных дел Георгий Чичерин.

На второй этап швейцарские власти советскую делегацию уже не допустили к работе конференции, но советский представитель в Италии Вацлав Воровский находился в Лозанне.

10 мая 1923 года в ресторане гостиницы «Сесиль» Воровского застрелил Морис Конради - швейцарский гражданин, родившийся в России, бывший офицер белой армии, семья которого пострадала от красного террора. Секретарь Воровского был ранен.

Процесс состоялся в ноябре 1923 года. Защита превратила его в суд над советским режимом, и присяжные оправдали Конради. Советский Союз в ответ разорвал отношения со Швейцарией и бойкотировал швейцарские товары; дипломатические отношения были восстановлены только в 1946 году.

Границы

Договор определил границы Турции почти в том виде, в каком они существуют сегодня.

Европа. Восточная Фракия до реки Марица возвращалась Турции вместе с Эдирне. Острова Имброс и Тенедос у входа в Дарданеллы отходили Турции с обязательством обеспечить автономию их греческого населения - обязательство, которое впоследствии не было выполнено.

Эгейское море. Остальные крупные острова северо-восточной части Эгейского моря - Лемнос, Лесбос, Хиос, Самос и другие - оставались за Грецией. Додеканес, занятый Италией в 1912 году, закреплялся за ней.

Юг. Граница с французской Сирией оставалась по Анкарскому договору 1921 года; Александреттский санджак оставался в пределах Сирии и отошел Турции в 1939 году.

Восток. Граница с Советским Союзом признавалась по договорам 1921 года - Карс и Ардаган оставались за Турцией.

Мосул остался нерешенным; в 1926 году Лига Наций передала его британскому Ираку.

Турция также отказывалась от всех прав на арабские провинции, на Египет и Судан, на Ливию и Кипр, остававшийся под британским управлением с 1878 года и аннексированный Британией в 1914 году.

Капитуляции и долги

Отмена капитуляций была главным символическим достижением турецкой стороны.

Система, возникшая в XVI веке как привилегия, которую могущественные султаны даровали европейским купцам, к XIX веку превратилась в инструмент зависимости. Иностранцы и их местные подопечные, часто из христианских общин, судились в консульских судах, пользовались налоговыми льготами, имели собственные почтовые службы. Государство не могло ни обложить их налогом, ни привлечь к ответственности.

Лозанна отменила все это. Иностранцы подчинялись турецким законам и судам; на переходный период предусматривались лишь советники по юридическим вопросам.

Османский государственный долг, находившийся с 1881 года под управлением комиссии европейских кредиторов, распределялся между Турцией и государствами - преемниками империи пропорционально доходам, получаемым с соответствующих территорий. Турецкая часть выплачивалась до 1954 года.

Проливы

Режиму Босфора и Дарданелл была посвящена отдельная конвенция.

Проливы открывались для свободного прохода торговых судов в мирное и военное время. Военные корабли также могли проходить, с ограничением по тоннажу. Берега проливов демилитаризовались. За соблюдением режима следила международная комиссия под эгидой Лиги Наций.

Советская делегация добивалась противоположного - закрытия проливов для военных кораблей нечерноморских держав, опасаясь повторения интервенции. Ее предложения были отвергнуты, и Советский Союз конвенцию не ратифицировал.

Режим просуществовал до 1936 года, когда конвенция в Монтре вернула Турции право ремилитаризации проливов и контроля над ними. Монтре действует до сих пор.

Меньшинства

Договор включал статьи о защите немусульманских меньшинств: они получали равные гражданские и политические права, свободу вероисповедания, право на собственные школы и благотворительные учреждения.

Под это определение Турция признала три общины - православных греков, армян и евреев. Иные группы - ассирийцы, курды, алавиты, сирийские христиане - меньшинствами в правовом смысле договора не считались.

Существенно, что курды в договоре не упоминаются вовсе. Севр предусматривал для них автономию и возможность независимости; в Лозанне этот вопрос исчез.

Армяне также не упомянуты - ни в связи с обещанной Севром республикой, ни в связи с событиями 1915-1916 годов, ни в связи с правом вернуться на свою землю.

Обмен населением

Самым долговременным последствием переговоров стала не сам договор, а отдельная конвенция, подписанная греческой и турецкой сторонами 30 января 1923 года, в перерыве между раундами.

Она предусматривала принудительный обмен населением: православные греки Турции переселялись в Грецию, мусульмане Греции - в Турцию. Критерием была религия, а не язык и не самоопределение: в Грецию отправлялись тюркоязычные православные караманлиды, в Турцию - грекоязычные мусульмане Крита.

Из обмена исключались две группы: греки Стамбула, где находилась резиденция Вселенского патриарха, и мусульмане Западной Фракии.

Всего обмен затронул около миллиона двухсот тысяч православных, большая часть которых бежала в Грецию еще осенью 1922 года, и около четырехсот тысяч мусульман. Для Греции с населением около пяти миллионов прием беженцев означал рост населения примерно на четверть.

Инициатива исходила от Фритьофа Нансена, верховного комиссара Лиги Наций по делам беженцев, и от Венизелоса. Конвенция стала первым в истории международным соглашением о массовом принудительном переселении целых народов. Она рассматривалась современниками как гуманитарное решение, позволяющее избежать дальнейших убийств, и впоследствии служила прецедентом - в том числе при обсуждении разделов в других частях мира, - что делает ее одним из самых спорных документов эпохи.

Стамбул

Одна из статей договора предусматривала вывод союзных войск из Стамбула. Он был завершен 2 октября 1923 года, и 6 октября в город вошли турецкие части.

Столицей, однако, 13 октября 1923 года была объявлена Анкара, а 29 октября провозглашена республика.

Турецкий парламент ратифицировал договор 23 августа 1923 года. Договор вступил в силу 6 августа 1924 года.

Почему Турции удалось

Сравнение Лозанны с остальными договорами послевоенной системы - Версальским, Сен-Жерменским, Трианонским, Нейиским - показывает исключительность турецкого случая.

Германия, Австрия, Венгрия и Болгария подписали договоры, продиктованные победителями. Турция добилась пересмотра навязанного договора и получила условия, отвечавшие почти всем ее требованиям.

Объяснение простое: победа в войне 1919-1922 годов. Анкара располагала армией, контролировала территорию и доказала, что способна воевать. Союзники же исчерпали готовность воевать: британское общество, как показал Чанакский кризис осенью 1922 года, когда Ллойд Джордж был готов к столкновению с кемалистами, не поддержало новую войну, и кризис стоил Ллойд Джорджу поста. Франция и Италия заключили с Анкарой сепаратные соглашения еще до конференции.

Кроме того, Анкара не требовала невозможного. Национальный обет ограничивался землями с турецким большинством, и от арабских провинций Турция отказалась без борьбы.

Значение

Для Турции Лозанна - основополагающий документ государства, наряду с провозглашением республики. Он признан всеми державами, определил границы и положил конец вековой полузависимости.

Для Греции это было подведение итогов малоазийской катастрофы: окончательный отказ от Мегали Идеи и признание утраты малоазийского греческого мира.

Для армян и курдов договор означал, что их вопросы исключены из международной повестки на десятилетия.

Для Ближнего Востока в целом Лозанна закрепила раздел арабских провинций между Британией и Францией, произведенный по соглашению Сайкса - Пико и решениям Сан-Ремо.

Сто лет спустя

Договор остается предметом политических высказываний. В 2016 году президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что Лозанна не была победой, и выразил сожаление о том, что Турция уступила Греции острова, находящиеся у самого ее побережья. Высказывание вызвало тревогу в Греции и было воспринято как сомнение в договоре. Турецкое правительство в других случаях подтверждало приверженность договору.

Спорным остается исполнение статей о меньшинствах. Греческая община Стамбула, насчитывавшая в 1923 году более ста тысяч человек, сократилась до нескольких тысяч - после налога на имущество 1942 года, погрома 1955 года и высылок 1964 года. Автономия Имброса и Тенедоса, обещанная договором, не была предоставлена, и греческое население этих островов практически исчезло.