Великое землетрясение Канто

Страна на разломах

Япония расположена на стыке нескольких литосферных плит, и землетрясения для нее - обычная часть жизни. Регион Канто, крупнейшая равнина страны, лежит над областью, где Филиппинская плита уходит под плиту, на которой стоит северо-восток Японии.

В XIX веке регион пострадал от сильного землетрясения 1855 года в Эдо - так прежде назывался Токио, - унесшего, по оценкам, от семи до десяти тысяч жизней. В 1891 году землетрясение Мино-Овари в центре страны убило более семи тысяч человек и дало толчок развитию японской сейсмологии.

Японские ученые к 1923 году занимали в этой науке одно из ведущих мест. Среди них шел спор, ставший известным: сейсмолог Имамура Акицунэ еще в 1905 году предупреждал, что в ближайшие полвека Токио может пострадать от сильного землетрясения, которое вызовет катастрофические пожары и унесет до ста тысяч жизней. Его руководитель Омори Фусакити публично назвал этот прогноз необоснованным паникерством. Омори находился в Австралии на научной конференции, когда предсказание сбылось.

Столица 1923 года

К 1923 году Токио был городом с населением около двух с половиной миллионов человек - одним из крупнейших в мире, вместе с пригородами.

Его облик соединял две эпохи. Правительственный квартал, деловой центр Маруноути, университеты, банки строились из кирпича и камня по европейским образцам. Но основная масса города, особенно восточные районы на низменности у реки Сумида - Хондзе, Фукагава, Асакуса, Ситая, - состояла из тесно поставленных деревянных домов с бумажными перегородками, узкими улочками и крохотными дворами. Здесь жили ремесленники, рабочие, мелкие торговцы; плотность населения была огромной.

Иокогама, в тридцати километрах к югу, была главным портом страны, через который шла внешняя торговля, прежде всего экспорт шелка-сырца в США. Здесь жили тысячи иностранцев.

В стране существовала заметная корейская община - несколько десятков тысяч человек. Корея была аннексирована в 1910 году, после чего многие корейцы, лишившиеся земли, отправились на заработки в Японию, где работали на стройках, в шахтах, на фабриках, получая меньше японцев и живя в бедных кварталах. Отношение к ним было пренебрежительным и подозрительным; после Движения 1 марта 1919 года в Корее японская пресса постоянно писала о корейских подпольщиках, вынашивающих планы мести.

Политически страна переживала период, названный демократией Тайсе: парламентские партии, растущая пресса, профсоюзы, социалистические и анархистские кружки - и одновременно правительство и армия, относившиеся к этим движениям с тревогой. Премьер-министр Като Томосабуро умер 24 августа 1923 года, и в момент катастрофы в стране не было утвержденного правительства: новый кабинет адмирала Ямамото Гонбэй формировался именно в эти дни.

Без двух минут полдень

1 сентября 1923 года в 11 часов 58 минут под заливом Сагами произошел разрыв на протяжении около ста километров.

Толчки продолжались, по разным свидетельствам, от четырех до десяти минут, затем последовали сильные повторные толчки. Магнитуда основного удара оценивается в 7,9.

Время имело роковое значение. Было почти двенадцать часов, во всех домах готовили обед на открытом огне - на жаровнях с углем и газовых плитах. Обрушившиеся деревянные дома падали на горящие жаровни.

На многих участках побережья толчки вызвали цунами высотой до десяти-двенадцати метров. В Камакуре волна прошла по улицам, знаменитая бронзовая статуя Будды сдвинулась на пьедестале. В префектуре Канагава у поселка Нэбукава оползень, сошедший с горы, сбросил в море поезд вместе с железнодорожной станцией и частью деревни.

Огонь

Большая часть погибших умерла не при толчках, а в огне.

По разным подсчетам, в Токио одновременно вспыхнули от ста до почти двухсот очагов пожара. Водопровод был разрушен землетрясением, пожарные части не могли ни подъехать через завалы, ни получить воду. Над городом дул сильный ветер - на побережье проходил тайфун, - и огонь распространялся с огромной скоростью.

Пожары бушевали почти двое суток, до утра 3 сентября. Они уничтожили около двух третей города, включая почти все восточные районы. В Иокогаме было разрушено или сгорело, по оценкам, до девяти десятых зданий.

Хифукусе

Самая страшная трагедия произошла на пустыре на месте бывшего склада армейского обмундирования в районе Хондзе - Хифукусе.

Это было открытое пространство площадью около семи гектаров, и туда, спасаясь от огня, бежали десятки тысяч жителей окрестных кварталов, неся с собой узлы с вещами, мебель, постели. Площадь заполнилась людьми и скарбом.

Около четырех часов дня пожары, окружившие пустырь со всех сторон, породили огненный вихрь - столб раскаленного воздуха и пламени, втягивающий в себя окружающий воздух с ураганной силой. Вихрь прошел через площадь. Вещи, сложенные людьми, загорелись.

Здесь погибли около тридцати восьми тысяч человек - больше трети всех жертв катастрофы на площади немногим больше городского квартала. Уцелели считанные сотни.

Позднее на этом месте был построен мемориальный зал, где хранится прах погибших.

Сколько погибло

Официальные цифры тех лет называли около ста сорока тысяч погибших и пропавших без вести. Исследование, выполненное в 2004 году японскими сейсмологами с устранением двойного учета, уточнило общее число до примерно ста пяти тысяч человек.

Из них около девяноста процентов погибли в пожарах. Около семидесяти тысяч приходится на Токио, около двадцати семи тысяч - на Иокогаму.

Без крова остались, по оценкам, около двух миллионов человек. Было уничтожено около трехсот семидесяти тысяч зданий.

Экономический ущерб оценивался в сумму, превышавшую годовой государственный бюджет Японии в несколько раз.

Слухи

Уже вечером 1 сентября среди беженцев начали распространяться слухи.

Их содержание было таким: корейцы поджигают дома, отравляют колодцы, бросают бомбы, грабят, вооруженные отряды корейцев идут на город. Ни один из этих слухов не подтвердился; никаких свидетельств организованных корейских выступлений впоследствии обнаружено не было.

Но слухи распространялись с чудовищной быстротой - и не только среди охваченного паникой населения. Их повторяли полицейские, их передавали по полицейской и военной связи, 2-3 сентября министерство внутренних дел разослало по префектурам телеграмму, в которой говорилось о поджогах и преступных замыслах корейцев и предписывалось усилить надзор за ними. Газеты, выходившие в первые дни, эти сообщения перепечатывали.

2 сентября в Токио и окрестностях было введено военное положение.

Массовые убийства

В городе и окрестностях возникли отряды самообороны - дзикэйдан. По разным оценкам, их было три-четыре тысячи; в них входили местные жители, резервисты, члены пожарных дружин, вооруженные мечами, бамбуковыми копьями, дубинами, кое-где огнестрельным оружием.

Отряды ставили заставы на улицах, дорогах и мостах и проверяли прохожих. Чтобы выявить корейцев, их заставляли произносить слова и сочетания, которые корейцам трудно было выговорить по-японски без акцента, - например, названия чисел или иероглифов. Тех, кто, по мнению проверяющих, говорил неправильно, забивали на месте.

Убийства совершались с особой жестокостью, прямо на улицах, на берегах рек, на мостах. Убивали мужчин, женщин, детей. В ряде случаев людей, помещенных полицией под охрану якобы для их защиты, толпа выволакивала и убивала. В отдельных эпизодах в убийствах участвовали полицейские и солдаты.

Это было массовое преступление против мирного населения, совершенное на основании этнической принадлежности жертв.

Число убитых корейцев установить точно невозможно. Японская власть того времени признала около двухсот тридцати убитых. Корейское временное правительство в Шанхае по данным своих расследований, проведенных вскоре после событий, называло около шести тысяч шестисот человек. Большинство современных исследователей говорят о нескольких тысячах, чаще всего от шести тысяч.

Помимо корейцев, были убиты около семисот китайских рабочих. Среди них был Ван Ситянь, руководитель общества взаимопомощи китайских рабочих, похищенный и убитый военными; дело было скрыто и стало известно лишь десятилетия спустя.

Жертвами становились и японцы: выходцы из других регионов, говорившие на диалектах, глухонемые, люди, чей выговор показался подозрительным. 6 сентября в деревне Фукуда в префектуре Тиба члены отряда самообороны убили девятерых бродячих торговцев лекарствами из префектуры Кагава, в том числе беременную женщину и детей, приняв их из-за диалекта за корейцев.

Власти и суды

Правительство, осознав масштаб происходящего, в конце первой недели сентября начало принимать меры - разоружать отряды самообороны, распространять опровержения слухов, помещать корейцев в лагеря под охрану войск, что формально объяснялось заботой об их безопасности.

Одновременно были приняты меры по ограничению сведений о происшедшем. Публикации о массовых убийствах сдерживались цензурой.

Участники самих убийств были привлечены к суду в ограниченном числе случаев. Суды над членами отрядов самообороны состоялись, но наказания были в основном мягкими, многие осужденные вскоре были освобождены по амнистии, объявленной по случаю бракосочетания наследного принца в 1924 году. Ни один полицейский или военный за убийства корейцев наказан не был.

Амакасу и Камэидо

Под прикрытием военного положения власти расправились и с политическими противниками.

В ночь на 4 сентября в районе Камэидо полиция арестовала десять рабочих активистов профсоюзного движения; они были убиты военными в полицейском участке. Официально это объяснили тем, что задержанные подстрекали других арестованных к беспорядкам.

16 сентября капитан военной жандармерии Амакасу Масахико задержал известного анархиста Осуги Сакаэ, его подругу, писательницу и феминистку Ито Ноэ, и шестилетнего племянника Осуги. Все трое были задушены в здании жандармерии, тела сброшены в колодец.

Амакасу судили военным судом и приговорили к десяти годам, однако через три года он был освобожден, затем уехал во Францию, а позже в Маньчжурию, где стал влиятельной фигурой в аппарате марионеточного государства Маньчжоу-го и руководил его кинематографической компанией. В августе 1945 года он покончил с собой.

Разрушенный Токио

Жизнь в первые недели после катастрофы сводилась к выживанию.

Сотни тысяч беженцев покинули город, уехав к родственникам в провинцию; железные дороги пускали их бесплатно. Оставшиеся жили в палатках, в уцелевших храмах, парках, на площади перед императорским дворцом. Раздача риса и воды была организована армией и городскими властями.

Помощь пришла из-за границы. Соединенные Штаты направили военные корабли с продовольствием, медикаментами и палатками; общественная кампания в Америке собрала миллионы долларов. Помощь оказали Британия, Китай и другие страны.

Характерный эпизод: из Владивостока пришел советский пароход «Ленин» с продовольствием и медицинским отрядом. Японские власти, опасавшиеся коммунистической пропаганды, не допустили его разгрузки и отправили обратно.

Отель «Империал», спроектированный американским архитектором Фрэнком Ллойдом Райтом и открытый буквально накануне землетрясения, выдержал толчки лучше окружающих зданий, что сделало его знаменитым и укрепило репутацию архитектора; позднейшие исследователи указывают, что повреждения у него все же были и что легенда во многом создана самим Райтом.

План Гото

Министр внутренних дел Гото Симпэй, прежде мэр Токио, предложил использовать катастрофу, чтобы построить город заново: широкие проспекты, парки, служащие одновременно противопожарными разрывами, новая сеть улиц, мосты, каналы.

Первоначальная смета была огромной. Парламент, где сильны были интересы землевладельцев, не желавших отдавать участки, урезал ее в несколько раз.

Тем не менее за шесть лет восстановления было сделано многое: проложены широкие магистрали, построены десятки железобетонных мостов через Сумиду, созданы парки, спланированы новые кварталы, построены железобетонные школы, одновременно служившие убежищами. В 1930 году восстановление Токио было официально объявлено завершенным.

Восстановление изменило облик города. Центр постепенно становился железобетонным, население переселялось на запад, в пригороды, менее подверженные пожарам; город вырос в сторону Синдзюку и Сибуи.

Экономика и политика

Катастрофа нанесла тяжелый удар по экономике, и последствия проявились через несколько лет.

Правительство, спасая банки, приняло решение о переучете векселей, выданных пострадавшими предприятиями, так называемых векселей землетрясения. Часть этих бумаг оказалась безнадежной, и в 1927 году вопрос о них стал поводом к банковскому кризису Сева, обрушившему ряд банков и подорвавшему доверие к партийным правительствам.

Существует распространенная оценка, что землетрясение и массовые убийства стали одной из отправных точек в движении Японии от партийной демократии 1920-х годов к милитаризму 1930-х. Прямой причинной связи здесь нет, но показательным считается то, насколько легко в условиях кризиса власть и общество перешли к насилию и насколько безнаказанным оно осталось.

В декабре 1923 года молодой человек по имени Намба Дайсукэ стрелял в наследного принца Хирохито у ворот Тораномон; по его показаниям, одним из мотивов было убийство Осуги и массовые убийства корейцев. Кабинет Ямамото ушел в отставку. В 1925 году был принят закон об охране общественного порядка, давший властям широкие полномочия против левых движений.

Память

С 1960 года 1 сентября отмечается в Японии как День предупреждения бедствий: проводятся учения по эвакуации, проверяются системы оповещения.

Землетрясение изменило японское строительство и градостроительство: были введены первые нормы сейсмостойкости, положившие начало системе, сделавшей Японию мировым лидером в этой области.

Память о массовых убийствах корейцев складывалась иначе. В течение десятилетий тема обсуждалась мало; японские правительства не признавали официальной ответственности государства, а многие документы остаются недоступными.

С 1973 года в токийском парке Екоами, на месте Хифукусе, стоит памятник убитым корейцам, у которого ежегодно 1 сентября проходит церемония. Губернаторы Токио традиционно направляли на нее траурное послание; в 2017 году губернатор Коикэ Юрико прекратила эту практику, что вызвало критику как в Японии, так и в Корее.

В последние десятилетия в японском публичном пространстве появились голоса, отрицающие массовые убийства или утверждающие, что корейцы действительно совершали преступления, и убийства были самообороной. Эти утверждения противоречат всей совокупности документов того времени, в том числе японских официальных, и не принимаются исследователями.

В 2023 году, к столетию, в Японии вышел фильм о резне в деревне Фукуда - одна из немногих крупных художественных работ, посвященных этой стороне событий.