Захват Корфу

Остров

Корфу - северный из Ионических островов, лежащий в нескольких километрах от побережья Албании и Эпира. Из-за положения у входа в Адриатику он веками был ключом к морским путям между Италией и Балканами.

Четыреста с лишним лет, с 1386 по 1797 год, Корфу принадлежал Венеции и никогда не был захвачен турками - в отличие от остальной Греции. Затем он побывал под французами, под русско-турецким управлением, в составе Республики Семи островов, а с 1815 года - под британским протекторатом. В 1864 году Британия передала Ионические острова Греции.

Итальянское влияние было здесь заметным: венецианская архитектура старого города, итальянский язык в образованной среде, католическая община. Для итальянских националистов остров был частью утраченного венецианского наследия.

В годы Первой мировой войны Корфу приобрел особое значение: в 1916 году сюда эвакуировали остатки сербской армии и правительство, и именно здесь в 1917 году была подписана декларация о будущем югославском государстве.

Греция после катастрофы

Летом 1923 года Греция находилась в тяжелейшем положении за всю свою новейшую историю.

Осенью 1922 года греческая армия была разгромлена в Малой Азии, Смирна сгорела. В сентябре группа офицеров во главе с полковниками Николаосом Пластирасом и Стилианосом Гонатасом свергла правительство, король Константин отрекся. В ноябре шестеро бывших министров и главнокомандующий были расстреляны по приговору военного суда за поражение.

В страну хлынули беженцы. Лозаннский договор, подписанный 24 июля 1923 года, закрепил обмен населением, и Греция с пятью миллионами жителей должна была принять свыше миллиона человек. Беженцев размещали где придется: в школах, церквях, казармах, старых крепостях. На Корфу их поселили в том числе в старой венецианской крепости.

Правительство, пришедшее к власти путем переворота, не пользовалось признанием большинства держав. Армия была деморализована, казна пуста.

Италия Муссолини

В Италии Бенито Муссолини был премьер-министром менее года - с конца октября 1922 года - и одновременно занимал пост министра иностранных дел.

Его положение внутри страны еще не было прочным: он возглавлял коалиционное правительство, парламент не находился под его контролем, до убийства Маттеотти и перехода к открытой диктатуре оставалось больше года. Внешнеполитический успех был ему нужен, чтобы показать, что фашизм способен добиться для Италии того, в чем ей отказали на Парижской конференции.

Идея изувеченной победы - ощущение, что союзники обделили Италию после войны, - была основой его популярности. Балканы и Адриатика были естественной сферой притязаний: в 1920 году итальянцы были вынуждены уйти из Албании, спор с Югославией о Фиуме еще не был решен, а Греция была слабой соседкой.

Граница

После балканских войн и мировой войны граница между Грецией и Албанией оставалась неопределенной. Север Эпира, населенный греками и албанцами вперемешку, был предметом спора: Греция считала эти земли своими, Албания - своими.

В 1921 году конференция послов - орган, состоявший из представителей Британии, Франции, Италии и Японии и решавший вопросы, оставшиеся после Парижской конференции, - поручила межсоюзной комиссии провести на месте разграничение границы. Возглавлял комиссию итальянский генерал Энрико Теллини.

Греки относились к нему с подозрением. Италия покровительствовала Албании, и греческая печать обвиняла Теллини в том, что он проводит линию в пользу албанцев. Отношения между комиссией и греческими властями были напряженными.

27 августа

Утром 27 августа 1923 года автомобиль с членами итальянской части комиссии ехал по горной дороге из Янины к албанской границе, в районе местечка Какавия, на греческой территории.

Машина остановилась у завала из поваленных деревьев. Из засады был открыт огонь. Погибли пятеро: генерал Теллини, двое итальянских офицеров, шофер и переводчик-албанец. Нападавшие скрылись.

Кто это был, не установлено до сих пор.

Ультиматум

Муссолини не стал дожидаться расследования.

29 августа он предъявил Греции ультиматум из семи пунктов: официальные извинения; торжественная заупокойная служба в афинском кафедральном соборе в присутствии всего правительства; салют греческого флота итальянскому флагу; строжайшее расследование на месте в течение пяти дней с участием итальянского военного атташе; смертная казнь для всех виновных; компенсация в пятьдесят миллионов лир в пятидневный срок; воинские почести при перевозке тел погибших.

Условия были сознательно унизительными и местами невыполнимыми: смертная казнь для неустановленных виновников означала, что казнить придется кого-то найденного.

Греческое правительство ответило на следующий день, приняв часть требований - извинения, службу, салют, почести, - но отклонив требования о судебных мерах и компенсации как нарушающие суверенитет страны, и заявило о готовности обратиться в Лигу Наций.

31 августа

Утром 31 августа 1923 года итальянская эскадра подошла к Корфу.

Греческой власти на острове было направлено требование сдать его в течение получаса; гарнизон был невелик, и сопротивляться он не собирался. Тем не менее около трех часов пополудни корабли открыли огонь по старой крепости - по данным итальянского командования, по военным укреплениям.

В крепости размещались беженцы из Малой Азии и сироты, находившиеся на попечении благотворительных организаций. Под обстрелом погибли, по разным данным, от пятнадцати до двадцати человек, в том числе дети; десятки получили ранения.

Затем был высажен десант. Остров был занят, на нем введено итальянское управление.

Эффект оказался противоположным ожидаемому: обстрел беззащитных беженцев вызвал возмущение в международной прессе, особенно в Британии.

Лига Наций

1 сентября Греция обратилась в Совет Лиги Наций, заседавший в Женеве.

Формально случай был ясен. Устав Лиги обязывал членов передавать споры на арбитраж или на рассмотрение Совета и не прибегать к войне до получения решения; бомбардировка и оккупация территории члена Лиги прямо противоречили этим обязательствам. Малые страны, для которых Лига была единственной защитой, внимательно следили за происходящим.

Британский представитель Роберт Сесил, один из авторов устава, настаивал на том, чтобы Лига рассмотрела вопрос по существу.

Муссолини занял жесткую позицию. Он заявил, что Лига некомпетентна в этом деле, поскольку жертвой стала комиссия конференции послов и вопрос должна решать именно конференция. Он пригрозил, что Италия выйдет из Лиги, если та вмешается, и дал понять, что оккупация может стать постоянной.

Франция

Решающей оказалась позиция Франции.

Французское правительство Раймона Пуанкаре с января 1923 года держало войска в Руре, оккупированном из-за неуплаты Германией репараций. Эта оккупация тоже была односторонним применением силы для получения уступок, и Париж не хотел создавать прецедента, по которому Лига могла бы вмешаться в подобные действия.

Кроме того, Франции нужна была итальянская поддержка в Руре и в отношениях с Германией.

Франция поддержала передачу дела конференции послов, и Британия, не желая ссоры с Францией и Италией одновременно, согласилась.

Решение

Совет Лиги выработал рекомендации и передал их конференции послов, которая 8 сентября приняла решение.

Греция должна была выполнить почти все итальянские требования: извинения, заупокойную службу, салют флоту, почести при перевозке тел. Расследование проводила международная комиссия. Вопрос о компенсации передавался в Постоянную палату международного правосудия, но Греция должна была внести пятьдесят миллионов лир на депозит.

Затем, когда комиссия заявила о неудовлетворительности греческого расследования, конференция постановила выплатить сумму Италии полностью в качестве штрафа за небрежность властей при поиске виновных.

Греция подчинилась. Салют был произведен, служба отслужена, деньги выплачены.

27 сентября 1923 года итальянские войска покинули Корфу.

Кто убил

Ответа на этот вопрос нет.

Официальная итальянская версия возлагала ответственность на греческих нерегулярных вооруженных людей, связанных, возможно, с греческими националистами, недовольными работой комиссии. Греческая сторона указывала на албанских разбойников, действовавших в пограничной полосе.

Существовала и третья версия, поддержанная частью историков: убийство могло быть организовано людьми, заинтересованными в предлоге для итальянской акции. Ее сторонники указывают на то, что Муссолини действовал необыкновенно быстро, а планы захвата Корфу, по имеющимся данным, обсуждались в итальянском военно-морском ведомстве и ранее. Прямых доказательств этой версии нет.

Международное расследование виновных не установило.

Последствия

Для Муссолини кризис стал крупным успехом. Он добился всего, чего требовал, показал, что Италия способна действовать силой и игнорировать Лигу, и укрепил свое положение внутри страны. В 1924 году Италия получила по соглашению с Югославией Фиуме, в 1926-1927 годах установила фактический протекторат над Албанией, а в 1939 году ее аннексировала.

Для Греции это было еще одно унижение в череде бедствий 1922-1923 годов. Правительство удержалось у власти, но усилилось ощущение, что великие державы могут безнаказанно попирать права малых стран.

Для Лиги Наций кризис стал первым серьезным поражением. Было продемонстрировано, что великая держава, член Совета Лиги, может применить силу против другого члена, отказаться от рассмотрения дела в Лиге и добиться своего через узкий орган великих держав. Механизм коллективной безопасности не сработал именно тогда, когда нарушителем оказался сильный.

Юристы Лиги впоследствии рассмотрели вопрос о том, совместимы ли меры принуждения, не являющиеся войной, с уставом, и пришли к уклончивому выводу, что это зависит от обстоятельств. Формула оставила лазейку, которой воспользовались позже.

Прецедент

Значение Корфского кризиса стало понятно задним числом.

Схема повторилась в 1931 году, когда Япония заняла Маньчжурию, объявив это не войной, а инцидентом, и в 1935 году, когда Италия под руководством того же Муссолини напала на Эфиопию. В обоих случаях агрессор был великой державой, в обоих Лига оказалась неспособной его остановить.

Ряд исследователей называет Корфу генеральной репетицией Эфиопии: Муссолини убедился, что демократические державы не пойдут на риск ради защиты малой страны и что фактический результат важнее решений Женевы.

Память

На месте убийства у Какавии стоит памятник итальянским офицерам. В Италии эпизод был включен в фашистскую пропаганду как пример решительности нового режима. В Греции обстрел Корфу вспоминается как акт произвола; в 1940 году, когда Италия напала на Грецию, память о 1923 годе была частью отношения греков к итальянскому вторжению.

За пределами двух стран эпизод остается малоизвестным, упоминаясь главным образом в истории Лиги Наций.