Первая регулярная радиотрансляция: KDKA

Радио до вещания

К 1920 году беспроволочному телеграфу было около четверти века, но идеи вещания в нем не содержалось.

Теоретическую основу дал Джеймс Клерк Максвелл в 1860-е годы, экспериментальное подтверждение - Генрих Герц в 1887-м. Практическое применение создал Гульельмо Маркони, передавший в 1901 году сигнал через Атлантику; в России приоритет в создании приемника связывают с Александром Поповым, и спор о первенстве ведется до сих пор.

Все эти системы были предназначены для связи между двумя точками и передавали не голос, а телеграфные знаки. Главным потребителем стал флот: судно в океане впервые получило возможность сообщить о себе. Именно радиотелеграф вызвал в 1912 году спасение части пассажиров «Титаника» и после этой катастрофы стал обязательным на судах.

Передача голоса требовала другой техники. В 1906 году Реджинальд Фессенден с побережья Массачусетса передал речь и музыку, которые, по его утверждению, услышали радисты судов в море; событие считается первой голосовой передачей, хотя документальные подтверждения обсуждаются.

В том же году Ли де Форест изобрел трехэлектродную лампу, позволившую усиливать сигнал, - без нее вещание было бы невозможно. Он же устроил несколько показательных передач: из Эйфелевой башни в 1908 году, оперного спектакля с участием Карузо в 1910-м, результатов президентских выборов в 1916-м. Последняя передача закончилась конфузом: де Форест объявил победителем проигравшего кандидата, а затем отключил передатчик и лег спать.

Все это оставалось демонстрациями. Никто не рассматривал радио как средство, обращенное к неопределенному множеству слушателей, поскольку не было понятно, кто за это станет платить и зачем.

Война и патенты

Мировая война изменила отрасль дважды.

В апреле 1917 года, со вступлением США в войну, флот взял все радиостанции страны под свой контроль, закрыл любительские передатчики и объединил патенты враждующих компаний в общий фонд. Это сняло юридические препятствия, тормозившие развитие, и за два года техника продвинулась дальше, чем за предыдущее десятилетие. Тысячи молодых людей прошли подготовку как радисты.

После войны, в 1919 году, американское правительство добилось выкупа американского отделения компании Маркони, чтобы стратегическая отрасль не оставалась в иностранных руках; на этой основе была создана Радиокорпорация Америки с участием «Дженерал Электрик», «Вестингауз» и других.

1 октября 1919 года любителям вернули право выходить в эфир, и десятки тысяч человек по всей стране вернулись к своим самодельным установкам.

Гараж в Уилкинсберге

Фрэнк Конрад был инженером «Вестингауз» в Питтсбурге, человеком с двумя годами школьного образования и примерно двумя сотнями патентов.

В гараже своего дома в пригороде Уилкинсберг он оборудовал любительскую станцию, работавшую с 1916 года и возобновившую передачи после войны. Сначала он проводил технические испытания, разговаривая с другими радиолюбителями. Затем, устав повторять в микрофон один и тот же текст, стал подносить к нему граммофон.

Эффект оказался неожиданным. Местные любители начали слушать его регулярно, писать письма и звонить с просьбами поставить ту или иную пластинку. Конрад ввел расписание: два вечера в неделю, по паре часов. Его сыновья объявляли номера, местный магазин пластинок снабжал новинками в обмен на упоминание - первый в истории случай того, что впоследствии назовут спонсорством.

Аудитория состояла из владельцев самодельных приемников и исчислялась сотнями.

Объявление в газете

29 сентября 1920 года питтсбургский универмаг «Хорн» поместил в газете объявление: у нас продаются готовые приемники, с которыми вы можете слушать концерты, передаваемые из Уилкинсберга, цена десять долларов.

Объявление прочел Гарри Дэвис, вице-президент «Вестингауз», и увидел в нем то, чего до тех пор не видел никто: связь между двумя вещами.

Мысль была следующей. Компания производит радиоаппаратуру, но военные заказы кончились, а массового потребителя нет, поскольку принимать нечего. Если организовать постоянное вещание - передавать музыку, новости, что угодно, - то у людей появится причина купить приемник. Программы не продаются, они создают спрос на устройства, которые продаются.

Сегодня это кажется очевидным, тогда это было изобретением. Для «Вестингауз» вопрос стоял остро и по другой причине: в патентных соглашениях вокруг Радиокорпорации компания оказалась на вторых ролях и искала собственный рынок.

Дэвис распорядился построить станцию на территории завода в Ист-Питтсбурге и подал заявку на лицензию. Позывной KDKA был выдан 27 октября 1920 года из серии, предназначенной для коммерческих береговых станций.

Дату первого выхода в эфир выбрали не случайно.

2 ноября

Вечером 2 ноября 1920 года в США проходили президентские выборы: республиканец Уоррен Гардинг против демократа Джеймса Кокса.

Передатчик мощностью сто ватт располагался в дощатой будке на крыше заводского корпуса. Сотрудник по имени Лео Розенберг зачитывал в микрофон цифры, которые по телефону сообщали из редакции питтсбургской газеты; рядом сидел человек с граммофоном, заполнявший паузы музыкой.

Передача шла с восьми вечера до полуночи и далее. Слушателей было, по разным оценкам, от нескольких сотен до тысячи: владельцы любительских установок, компании, собравшиеся в клубах и универмагах вокруг демонстрационных приемников.

Результат выборов они узнали раньше, чем он появился в утренних газетах. Именно это обстоятельство произвело впечатление и вошло во все позднейшие рассказы: новость пришла в дом в момент ее появления.

Принципиально важно, однако, другое: на следующий вечер станция вышла в эфир снова. И на следующий. Регулярность, а не сам факт передачи, была новшеством.

Дальше

Следующие полтора года KDKA методично осваивала жанры, которых до нее не существовало.

В январе 1921 года была передана церковная служба - инженеров, дежуривших в храме, на всякий случай одели в церковные облачения, чтобы не смущать прихожан. Весной последовали репортаж с боксерского поединка, затем с бейсбольного матча, который комментировал заводской служащий Гарольд Арлин, первый в истории спортивный комментатор.

Появились передачи рыночных цен и прогнозов погоды для фермеров - то, что быстро сделало радио необходимым в сельской местности. Прошли трансляции оркестровой музыки, театрального представления, выступлений политиков.

Компания «Вестингауз» открыла станции в Ньюарке, Чикаго и Спрингфилде. Конкуренты последовали за ней.

Бум

Скорость последующего распространения не имеет аналогов в истории техники до появления интернета.

К концу 1921 года в стране было около пяти лицензированных вещательных станций. К концу 1922 года - около шестисот. Продажи приемников и деталей выросли с шестидесяти миллионов долларов в 1922 году до примерно полумиллиарда к середине десятилетия.

Радио стало повальным увлечением. Собирали детекторные приемники из катушки, кристалла и наушников; ловили дальние станции и обменивались списками пойманного; слушали коллективно, поскольку громкоговорители появились не сразу и слушали в наушниках, передавая их друг другу.

Как слушали

Стоит представить себе, что физически означало слушать радио в начале 1920-х годов, - без этого непонятен характер увлечения.

Простейший приемник назывался детекторным и не требовал ни батарей, ни электричества вообще: он питался энергией самой принимаемой волны. Устройство состояло из длинной наружной антенны, заземления, катушки из намотанной на картонную трубку проволоки, конденсатора и кристалла - обычно свинцового блеска, - к которому тончайшей пружинкой прижимался контакт. Настройка заключалась в том, чтобы найти на поверхности кристалла чувствительную точку, тыкая в нее этой проволочкой; отсюда прозвище «кошачий ус».

Такой приемник можно было собрать из деталей, продававшихся за несколько долларов, а часто и из подручных материалов; журналы печатали схемы, школьники собирали их сотнями тысяч. Звук был слабым, и слушали в наушниках - по одному. В семьях наушники передавали по кругу или разбирали на два, чтобы слушать вдвоем; популярным приемом было положить наушник в пустую миску, работавшую как резонатор, чтобы слышала вся комната.

Ламповые приемники с усилением и громкоговорителем стоили дорого - от нескольких десятков до сотен долларов, то есть месячный заработок и больше, - и распространились ближе к середине десятилетия. Именно с появлением громкоговорителя слушание превратилось из индивидуального занятия в семейное, а радиоприемник переместился из чулана в гостиную и стал предметом мебели, который делали в виде шкафчика красного дерева.

Прием был неустойчивым. Он зависел от времени суток и погоды, дальние станции ловились ночью, когда распространение волн меняется, и охота за дальними станциями стала отдельным увлечением: слушатели записывали пойманное, отправляли станциям отчеты и получали в ответ карточки-подтверждения. Обычай этот существует у радиолюбителей до сих пор.

Любители

Отдельного упоминания заслуживают те, благодаря кому все это оказалось возможным.

К 1920 году в США насчитывалось несколько десятков тысяч радиолюбителей - подростков, студентов, механиков, инженеров, вернувшихся с войны радистов. Они сами строили и передатчики, и приемники, вели переписку, создавали клубы и национальную ассоциацию, издавали журналы.

Именно они составили первую аудиторию KDKA и других станций: коммерческое вещание начиналось не в пустоте, а на готовом основании из людей, у которых уже была аппаратура и привычка слушать эфир.

Отношения складывались непросто. По мере роста вещания любителей теснили: сначала им оставили короткие волны, считавшиеся бесполезными, - что обернулось курьезом, поскольку именно короткие волны оказались пригодны для дальней связи, и любители первыми установили трансатлантический контакт в 1921 году. Затем регулирование 1927 года окончательно развело вещание и любительскую связь по разным диапазонам.

Кто платит

Оставался вопрос, который вначале не задавали: на какие деньги все это существует.

Первоначальная модель «Вестингауз» - программы как приманка для покупателей приемников - работала, пока рынок был ненасыщен. Дальше требовалось что-то другое. Обсуждались разные варианты: сбор с владельцев приемников, финансирование из городских бюджетов, пожертвования, содержание станций университетами и газетами.

Победил вариант, придуманный телефонной компанией. 28 августа 1922 года нью-йоркская станция WEAF передала десятиминутное сообщение о продаже квартир в жилом комплексе на Лонг-Айленде, получив за это пятьдесят долларов. Это была первая оплаченная реклама в эфире.

Модель развилась быстро и приобрела форму спонсорства: рекламодатель оплачивал целую передачу, которая носила его имя. В эфире появились оркестры и коллективы, названные по маркам батареек, кофе, безалкогольных напитков. Дневные сериалы для домохозяек оплачивались производителями мыла - отсюда закрепившееся за ними во всем мире название мыльных опер.

Сети

Следующим шагом стало объединение станций.

Телефонная компания, владевшая междугородными линиями, начала соединять станции в цепь, передающую одну программу одновременно. В 1926 году Радиокорпорация Америки создала Национальную вещательную компанию с двумя сетями, в 1927-м возникла конкурирующая Columbia.

Это означало появление общенациональной аудитории: впервые в истории десятки миллионов людей в один и тот же момент слышали одно и то же. Инаугурационную речь президента Кулиджа в 1925 году слушали, по оценкам, более двадцати миллионов человек.

Хаос и закон

Стремительный рост породил технический хаос. Станций стало больше, чем частот; они перебивали друг друга, самовольно меняли волну и мощность. Закон 1912 года, написанный для судовой связи, обязывал власти выдавать лицензию любому, кто ее попросит, и не давал права отказать или наказать.

Министр торговли Герберт Гувер созывал ежегодные конференции, пытаясь договориться добровольно, но в 1926 году суд подтвердил, что полномочий у правительства нет, и порядок рухнул окончательно.

Закон о радио 1927 года создал федеральную комиссию с правом распределять частоты и выдавать лицензии. В его основу был положен принцип, действующий в американском праве до сих пор: эфир принадлежит обществу, а вещатель получает временное разрешение пользоваться частотой при условии служения общественному интересу. В 1934 году комиссию преобразовали в Федеральную комиссию по связи.

Две модели

Почти одновременно в Британии сложилась противоположная система.

В 1922 году там была создана Британская вещательная компания, с 1927 года - корпорация: единый вещатель, финансируемый обязательной платой с владельцев приемников, независимый от рекламы и, по замыслу первого руководителя Джона Рита, обязанный не развлекать публику, а просвещать ее.

Так определились две модели организации вещания - коммерческая и общественная, - между которыми в течение века выбирали все остальные страны, чаще всего сочетая их в разных пропорциях.

Что изменилось

Последствия вышли далеко за пределы техники.

Одновременность. Впервые событие могло стать общим переживанием для всей страны в момент, когда оно происходит. Это изменило политику: голос политика стал важнее его печатного слова, а манера речи - самостоятельным качеством. Франклин Рузвельт, начавший в 1933 году регулярные беседы у камина, построил на этом значительную часть своего влияния.

Деревня. Для сельской Америки радио сократило расстояния сильнее, чем что-либо прежде. Прогноз погоды, цены на зерно и скот, новости и музыка приходили в дом, где до этого единственным источником сведений была еженедельная газета.

Язык и культура. Общенациональные передачи начали сглаживать местные особенности речи и создавать общий набор ссылок, шуток и мелодий.

Музыка. Отрасль пережила потрясение: продажи нот и пластинок в первые годы упали, поскольку музыку стало можно слушать бесплатно. Затем выяснилось, что радио - лучшая реклама, и обе отрасли срослись.

Рекламная модель. Практика, при которой содержание оплачивается не потребителем, а тем, кто хочет до него достучаться, была отработана именно на радио, затем перенесена на телевидение и в конце века - на интернет.

Споры о первенстве

Утверждение, что KDKA была первой, требует оговорок, и спор об этом ведется давно.

Детройтская станция, известная тогда под любительским позывным 8MK, начала передачи 20 августа 1920 года и передавала результаты первичных выборов 31 августа - за два месяца до KDKA.

В Монреале станция, впоследствии получившая позывной CFCF, вела передачи с 1919 года.

В Сан-Хосе Чарльз Херролд с 1909 года и вплоть до закрытия станций в 1917-м передавал музыку по расписанию для местных слушателей - по сути, занимался вещанием за десять лет до Питтсбурга.

Доводы в пользу KDKA сводятся к сочетанию признаков: официальная коммерческая лицензия, непрерывное вещание по расписанию с первого дня, корпоративное финансирование и сознательный расчет на массовую аудиторию, а не на круг радиолюбителей. Иначе говоря, первой она была не как радиостанция, а как предприятие определенного типа.

Критики указывают, что устойчивость этой версии во многом обеспечена пропагандистскими усилиями самой компании «Вестингауз», десятилетиями отмечавшей годовщины и финансировавшей мемориальные публикации.