Эвакуация из Дюнкерка (1940)

Котел на побережье

10 мая 1940 года Германия начала наступление на Западе. Лучшие армии союзников - британский экспедиционный корпус лорда Горта и несколько французских армий - двинулись в Бельгию навстречу германским войскам. Однако главный удар был нанесен южнее, через Арденны: 13 мая германские танки форсировали Маас у Седана, а 20 мая вышли к Ла-Маншу у Абвиля. Около четырехсот тысяч британских, французских и бельгийских солдат оказались отрезаны на побережье северной Франции и Бельгии.

Союзное командование планировало прорвать кольцо ударами с севера и юга. 21 мая британцы нанесли контрудар у Арраса, ненадолго встревоживший германское командование, но общего наступления организовать не удалось. 25 мая лорд Горт, убедившись, что прорыв невозможен, а бельгийская армия на грани капитуляции, по собственной инициативе отказался от наступления на юг и решил отводить войска к морю, к единственному оставшемуся крупному порту - Дюнкерку. Это решение, принятое вопреки планам французского командования, спасло британскую армию.

«Стоп-приказ»

24 мая германские танковые дивизии, подошедшие к каналам в нескольких десятках километров от Дюнкерка, получили приказ остановиться. Командующий группой армий генерал Герд фон Рундштедт, опасавшийся за состояние танков после двухнедельного броска и за свой южный фланг, предложил паузу, и Гитлер одобрил ее. Главнокомандующий люфтваффе Герман Геринг заверил фюрера, что авиация сама уничтожит окруженных. Германское командование стремилось сберечь танки для следующего этапа кампании - наступления на юг Франции, а заболоченная местность Фландрии казалась малопригодной для танков.

Приказ был отменен лишь вечером 26 мая. За двое с лишним суток союзники успели укрепить оборону вдоль каналов вокруг Дюнкерка и начать эвакуацию. Мотивы «стоп-приказа» остаются одной из самых обсуждаемых загадок войны.

Операция «Динамо»

Руководство эвакуацией было возложено на вице-адмирала Бертрама Рамсея, командующего военно-морской базой в Дувре. Его штаб работал в туннелях под Дуврским замком, в помещении, где некогда стоял электрический генератор, - отсюда название операции «Динамо». Вечером 26 мая Адмиралтейство отдало приказ о начале операции. Первоначально британское командование рассчитывало за два дня вывезти около сорока пяти тысяч человек, прежде чем противник захватит порт.

Главной трудностью было то, что портовые сооружения Дюнкерка были разрушены бомбардировками, а у пологих песчаных пляжей крупные суда не могли подойти к берегу. Капитан Уильям Теннант, руководивший эвакуацией на берегу, решил использовать для погрузки восточный мол - длинный узкий волнорез, не предназначенный для швартовки судов. Мол стал главным местом посадки: по нему солдаты проходили к эсминцам и транспортам. Остальных вывозили с пляжей у Дюнкерка, Мало-ле-Бена, Брей-Дюна и Де-Панне, где солдаты часами стояли в очередях по пояс и по плечи в воде, ожидая шлюпок.

Маленькие корабли

Для переправки солдат с пляжей на большие корабли требовались суда с малой осадкой. Адмиралтейство реквизировало и мобилизовало сотни гражданских судов: рыболовецкие лодки, прогулочные катера, речные трамваи, баржи, яхты, спасательные шлюпки. Многими из них управляли их владельцы-добровольцы, другими - моряки военного флота. Эти «маленькие корабли» переправляли солдат на эсминцы и транспорты, а некоторые сами пересекали пролив с людьми на борту. Их участие стало одним из символов операции, хотя большую часть солдат вывезли эсминцы, транспорты, паромы и тральщики.

На пляжах

Для солдат, ожидавших эвакуации, дни на пляжах Дюнкерка стали тяжелейшим испытанием. Десятки тысяч человек, измотанных неделями отступления, без сна и нормального питания, располагались в дюнах, прячась от бомбардировок в наспех вырытых окопах. Очереди к воде растягивались на сотни метров; люди часами стояли в холодной воде, ожидая шлюпок. Вода и продовольствие были в дефиците, а город за спиной горел.

Порядок поддерживался с трудом. В одних подразделениях дисциплина сохранялась до конца, и солдаты шли к молу строем, в других воцарялся хаос: люди бросались к лодкам, переворачивая их, офицерам приходилось наводить порядок угрозой оружия. Раненых старались вывозить в первую очередь, но многие из них так и не дождались эвакуации. Грузовики, загнанные в море, соединяли в импровизированные причалы, по которым солдаты добирались до лодок. Эти картины - длинные очереди в воде, горящий город, дымное небо - стали каноническими образами Дюнкерка.

Под огнем

Эвакуация проходила под непрерывными атаками германской авиации и артиллерии. Люфтваффе бомбили порт, пляжи, мол, корабли в проливе. Горящий Дюнкерк был окутан дымом от горящих нефтехранилищ, который порой прикрывал погрузку от авиации. Британские истребители Королевских ВВС вели воздушные бои над проливом и подступами к Дюнкерку, хотя солдаты на пляжах, редко видевшие их над собой, упрекали летчиков в бездействии.

Союзники потеряли в ходе операции шесть британских и три французских эсминца, а также более двухсот других судов разного размера; еще многие были повреждены. Королевские ВВС потеряли около ста с лишним самолетов. Благоприятная погода - спокойное море в течение большей части операции - помогла спасти десятки тысяч человек.

Французский арьергард

Эвакуация стала возможной во многом благодаря стойкости французских войск. Французская 1-я армия, окруженная в районе Лилля, до 31 мая сковывала несколько германских дивизий, задерживая их продвижение к Дюнкерку. Периметр вокруг самого Дюнкерка обороняли британские и французские части, а в последние дни - главным образом французские войска под командованием адмирала Жана-Мари Абриаля и генерала Бартелеми.

Поначалу британцы эвакуировали в первую очередь собственных солдат, что вызвало напряжение в отношениях союзников. По настоянию Черчилля было решено вывозить британцев и французов на равных условиях. Всего были эвакуированы более ста тысяч французских солдат. Однако утром 4 июня, когда эвакуация была прекращена, на берегу оставались, по разным оценкам, от тридцати пяти до сорока тысяч французских солдат арьергарда, которые попали в плен.

Итоги операции

Всего в ходе операции «Динамо» были эвакуированы около трехсот тридцати восьми тысяч человек, из них около ста девяноста восьми тысяч британских и около ста сорока тысяч французских и бельгийских военнослужащих. Самым успешным днем стало 31 мая, когда были вывезены около шестидесяти восьми тысяч человек. Британская армия сохранила почти весь личный состав экспедиционного корпуса - костяк, на основе которого затем была возрождена армия.

Однако все тяжелое вооружение было брошено: тысячи орудий, десятки тысяч автомобилей, танки, огромное количество боеприпасов и снаряжения. Летом 1940 года британская армия, готовившаяся отразить возможное германское вторжение, испытывала острую нехватку оружия.

После Дюнкерка

Эвакуация не означала конца британского участия в боях во Франции. Южнее Соммы продолжали сражаться британские части, в том числе 51-я шотландская дивизия, окруженная и капитулировавшая 12 июня у Сен-Валери-ан-Ко. В середине июня из портов западной Франции в ходе операций «Цикл» и «Эриал» были эвакуированы еще около ста девяноста тысяч британских, польских, чешских и французских военнослужащих. 17 июня у Сен-Назера германская авиация потопила переполненный войсками лайнер «Ланкастрия»; погибли, по разным оценкам, от трех до более чем пяти тысяч человек - крупнейшая морская катастрофа в британской истории. Британское правительство тогда запретило сообщать о ней.

Во время боев вокруг Дюнкерка германские войска совершили военные преступления: 27 мая в Ле-Паради солдаты дивизии СС «Мертвая голова» расстреляли около ста сдавшихся в плен британских солдат, а 28 мая у Вормхута эсэсовцы убили около восьмидесяти пленных. Убийство безоружных пленных было тяжким военным преступлением.

Британия ждет вторжения

После Дюнкерка и капитуляции Франции Великобритания готовилась к германскому вторжению. Армия, лишившаяся тяжелого вооружения, спешно перевооружалась; промышленность работала круглосуточно, из США поступали винтовки и орудия времен Первой мировой войны. Еще 14 мая 1940 года было объявлено о создании добровольческих отрядов местной обороны, вскоре получивших название Внутренней гвардии; к лету в них записались более миллиона мужчин, не подлежавших призыву по возрасту или роду занятий.

Вдоль побережья строились укрепления, противотанковые заграждения, убирались дорожные указатели, чтобы затруднить ориентирование противнику. Германское командование готовило операцию «Морской лев» - высадку в Англии, но для нее требовалось господство в воздухе. Летом и осенью 1940 года развернулась Битва за Британию, исход которой определил, что вторжение не состоится. Спасенные в Дюнкерке солдаты составили ядро армии, которая в следующие годы сражалась в Северной Африке, Италии и Нормандии.

«Чудо» и «дух»

4 июня 1940 года Черчилль выступил в Палате общин с речью, в которой назвал эвакуацию чудом избавления, но предостерег, что войны не выигрываются эвакуациями. Он заявил, что Великобритания будет сражаться на побережьях и в полях, на улицах и в горах и никогда не сдастся. Речь стала одним из самых известных выступлений в истории.

В британском сознании Дюнкерк быстро превратился из военного поражения в символ национального единства, импровизации и стойкости. Выражение «дух Дюнкерка» стало означать готовность сплотиться и не сдаваться перед лицом катастрофы. Во Франции память о Дюнкерке была более горькой: многие французы считали, что британцы спасали прежде всего себя, оставив союзника, а режим Виши и германская пропаганда использовали эти настроения.

Эвакуация стала сюжетом многих книг и фильмов, в том числе фильма Кристофера Нолана «Дюнкерк» 2017 года.

Итоги

Эвакуация из Дюнкерка с 26 мая по 4 июня 1940 года спасла около трехсот тридцати восьми тысяч британских, французских и бельгийских солдат, окруженных на побережье Ла-Манша после германского прорыва через Арденны. Этому способствовали решение лорда Горта отступить к морю, германский «стоп-приказ», стойкость французского арьергарда, организаторский талант адмирала Рамсея, участие сотен гражданских судов и благоприятная погода. Британская армия потеряла все тяжелое вооружение, но сохранила кадры, что позволило ей продолжить войну. Черчилль превратил военную катастрофу в символ национальной стойкости, а «дух Дюнкерка» стал частью британской идентичности. Для Франции Дюнкерк стал горьким эпизодом разгрома, завершившегося перемирием через три недели.