Первый марокканский кризис

Марокко к 1905 году

Марокканский султанат оставался к началу XX века одним из немногих неподеленных участков Африки.

Страной правил Мулай Абд аль-Азиз, вступивший на престол в 1894 году шестнадцати лет от роду. До 1900 года при нем состоял регент; затем он начал править сам, и правление это оказалось разорительным.

Молодой султан увлекся европейскими вещами. Ко двору в Фесе везли велосипеды, фотографические аппараты, граммофоны, автомобили, бильярдные столы, фейерверки, а однажды - позолоченную игрушечную железную дорогу. Европейские поставщики и посредники обогащались; казна опустела; пришлось занимать у французских и британских банков под проценты и под залог таможенных сборов.

Одновременно султан попытался провести налоговую реформу, заменив шариатские сборы единым поземельным налогом. Мера была разумной, но задевала и племена, и духовенство, и его авторитет пошатнулся. Власть махзена - правительства - и прежде распространялась не на всю страну: значительная часть горных и пустынных областей жила самостоятельно, признавая султана лишь как духовного главу.

Соседи наблюдали за этим с интересом.

Франция владела Алжиром с 1830 года и Тунисом с 1881-го. Марокко завершало картину: с ним французская Северная Африка становилась сплошной. Испания претендовала на северное побережье напротив собственных берегов. Британия следила за подступами к Гибралтарскому проливу.

Германия имела в Марокко торговые интересы - скромные, но не ничтожные: несколько торговых домов, поставки, горнорудные виды.

Подготовка Делькассе

Французский министр иностранных дел Теофиль Делькассе подошел к марокканскому вопросу методично и за несколько лет заручился согласием всех, кто мог помешать.

Италия. Соглашениями 1900 и 1902 годов Рим получал свободу рук в Триполитании, Франция - в Марокко.

Британия. Сердечное согласие 8 апреля 1904 года содержало главный размен: Франция признавала британское положение в Египте, Британия - французское право поддерживать порядок в Марокко. Секретные статьи предусматривали возможный раздел с выделением испанской зоны.

Испания. Соглашение 3 октября 1904 года определило будущую испанскую зону на севере.

Россия была союзницей с 1894 года и возражать не собиралась.

Одну державу Делькассе не спросил вовсе - Германию.

Что не устраивало Берлин

Германская претензия имела формальное основание, и это существенно для оценки кризиса.

По Мадридской конвенции 1880 года, подписанной тринадцатью государствами, включая Германию, все участники обладали в Марокко равными торговыми правами. Двусторонние соглашения Франции с Британией, Испанией и Италией этот порядок обходили: страну делили те, кто договорился между собой, не созывая остальных.

Германия требовала соблюдения конвенции, независимости Марокко и открытых дверей для всех.

Но подлинные цели были иными, и историки спорят об их соотношении.

Испытать соглашение. Канцлер Бернгард фон Бюлов и барон Фридрих фон Гольштейн - многолетний руководитель политического отдела германского МИД, человек влиятельный и почти не показывавшийся на людях, - исходили из того, что англо-французская договоренность непрочна и рассыплется при первом нажиме. Если Британия не поддержит Францию, Париж поймет, что союзника у него нет, и вернется к соглашению с Берлином.

Выбрать момент. Россия терпела поражение за поражением от Японии и в качестве французской опоры не годилась. Такого стечения обстоятельств могло больше не представиться.

Получить свое. Германия хотела либо доли в Марокко, либо компенсации в другом месте, либо хотя бы признания права участвовать в решении мировых вопросов.

Вильгельм II к затее относился без энтузиазма и ехать в Танжер не хотел; его уговорили.

Танжер

31 марта 1905 года яхта с кайзером подошла к Танжеру. Море было неспокойным, высадка затруднена, и Вильгельм колебался до последнего.

Он сошел на берег, сел на белого коня - по свидетельствам, норовистого и плохо объезженного - и проехал по улицам к германской миссии.

Там он произнес слова, обошедшие мировую печать: он прибыл к султану как к государю независимой страны, Германия рассчитывает на равные торговые возможности для всех, а преобразования в Марокко должны обсуждаться совместно державами, а не решаться одной из них.

Визит длился несколько часов. Дипломатический эффект был рассчитан точно.

Ободренный султан в мае 1905 года отклонил французский пакет реформ и предложил созвать международную конференцию.

Отставка Делькассе

Во Франции возник правительственный раскол.

Делькассе настаивал на твердости. Он указывал, что Германия блефует, а Британия готова поддержать: лорд Лансдаун действительно давал понять, что в случае войны Британия окажет Франции содействие, и намекал на возможность более тесного союза.

Премьер-министр Морис Рувье полагал иначе. Французская армия была не готова, союзная Россия разбита - 27-28 мая пришло известие о Цусиме, - а финансовые круги требовали не доводить дело до войны. Рувье считал, что с Германией следует договариваться напрямую.

6 июня 1905 года Делькассе покинул пост.

Это была вершина германского успеха: великая держава сместила министра иностранных дел другой великой державы под внешним давлением. В тот же день Бюлов получил княжеский титул.

С этого момента все пошло не так.

Бьерке

Летом 1905 года Вильгельм предпринял ход, показывающий, насколько германская политика была порывистой.

24 июля, во время встречи яхт у острова Бьерке в Финском заливе, он убедил Николая II подписать договор о взаимной помощи в Европе. Кайзер рассчитывал, что это разрушит франко-русский союз и позволит создать континентальный блок против Британии.

Оба монарха подписали документ лично, без ведома своих правительств.

Реакция министров была одинаковой в обеих столицах: договор несовместим с существующими обязательствами и невыполним. К осени он был фактически дезавуирован.

Альхесирас

Германия настаивала на конференции, рассчитывая продемонстрировать французскую изоляцию публично.

Конференция открылась 16 января 1906 года в испанском Альхесирасе, напротив Гибралтара, и продолжалась до 7 апреля. Участвовали тринадцать государств.

Расстановка выяснилась почти сразу и оказалась противоположной германским ожиданиям.

На стороне Франции выступили Британия, Россия, Испания, Италия - формально союзница Германии по Тройственному союзу - и Соединенные Штаты. Теодор Рузвельт, к которому кайзер обращался за посредничеством и который поначалу держался беспристрастно, в ходе конференции склонился к французской позиции.

Германию поддержала одна Австро-Венгрия. Марокканская делегация, ради которой все затевалось, влияния не имела.

Заключительный акт, подписанный 7 апреля 1906 года, был составлен так, чтобы формально удовлетворить всех.

По форме: подтверждались целостность и независимость Марокко, суверенитет султана и равные торговые возможности для всех держав - то есть ровно то, чего требовала Германия.

По существу: полиция в восьми портовых городах передавалась под руководство французских и испанских офицеров; учреждаемый Государственный банк Марокко ставился под преимущественно французский контроль, поскольку основную долю капитала вносила Франция.

Полиция и деньги - это и есть управление. Германия получила принципы, Франция - страну.

Что из этого вышло

Для Антанты. Расчет на непрочность соглашения 1904 года оказался ошибочным. Британия поддержала Францию решительнее, чем сама предполагала год назад.

Главное последствие было незаметным и решающим. В конце 1905 - начале 1906 года, в разгар кризиса, начались секретные переговоры британских и французских генеральных штабов о совместных действиях на случай германского нападения. Санкционировал их Эдуард Грей, занявший пост министра иностранных дел в декабре 1905 года. Юридически они ни к чему не обязывали; фактически с этого момента британские планы переброски экспедиционного корпуса во Францию и французские расчеты на его прибытие существовали совместно.

Соглашение, задуманное как разбор колониальных счетов, стало превращаться в военный блок - и произошло это из-за германской попытки его разрушить.

Для Германии. Изоляция стала очевидной. Из великой державы, ведущей мировую политику, Берлин на конференции превратился в участника, за которым идет одна Австро-Венгрия.

Гольштейн, считавшийся автором замысла, был уволен в апреле 1906 года.

В германском общественном сознании укрепилось представление об окружении - о том, что соседи сговариваются против Германии и душат ее. Представление это было отчасти порождено собственными действиями Берлина, но стало важным фактором настроений в последующее десятилетие.

Отдельный вопрос, обсуждаемый историками: не упустила ли Германия реальную возможность. Осенью 1905 года Рувье был готов к двусторонним переговорам и, вероятно, к компенсациям. Берлин предпочел публичную демонстрацию на конференции - и не получил ничего.

Для Франции. Осторожность Рувье подверглась критике, и в 1906 году правительство возглавил Жорж Клемансо, сторонник твердой линии. Началось ускоренное перевооружение.

Для Марокко

Хуже всего пришлось стране, вокруг которой все происходило.

Авторитет Абдель-Азиза, объявленного зависимым от христиан, окончательно рухнул. В 1907 году против него выступил родной брат Абдель-Хафиз, опиравшийся на юг страны и на духовенство; в 1908 году он занял престол.

В августе 1907 года в Касабланке при строительстве порта, где работы велись у мусульманского кладбища, толпа убила нескольких европейских рабочих. Французский флот подверг город бомбардировке, после чего Касабланка была занята французскими войсками. Тогда же французские части вошли в Уджду на алжирской границе.

Фактическая оккупация началась и продолжалась.

В 1911 году разразился второй марокканский кризис: французские войска вошли в Фес, Германия направила в Агадир канонерскую лодку «Пантера». Развязка была прежней по типу - Франция получила Марокко, Германия компенсацию в виде части Французского Конго.

30 марта 1912 года Фесским договором Марокко было превращено во французский протекторат; север отошел Испании, а Танжер в 1923 году получил международный статус.

Независимость страна вернула в 1956 году.

Оценка

Кризис 1905-1906 годов принято считать одним из этапных событий в цепи, ведущей к 1914 году, и на то есть основания.

Он показал, что колониальные вопросы больше не являются колониальными: спор о полиции в марокканских портах привел к тому, что европейские державы всерьез рассматривали возможность войны.

Он оформил расстановку сил: с 1906 года стало ясно, кто с кем.

И он дал начало практическому военному сотрудничеству Британии и Франции, которое в августе 1914 года окажется решающим.

Германская сторона действовала, опираясь на формально правильный довод - Мадридская конвенция действительно нарушалась - и выбрала для его отстаивания способ, максимально враждебный по форме и наименее выгодный по результату. Французская сторона, получив желаемое, приобрела вместе с ним обязательство, которого не планировала.