Создание Маньчжоу-го (1932)

Замысел Квантунской армии

Захват Маньчжурии японской Квантунской армией после Мукденского инцидента 18 сентября 1931 года разобран в отдельной статье. Уже в первые недели после инцидента перед организаторами захвата встал вопрос, как управлять завоеванной территорией. Идеолог операции подполковник Исивара Кандзи первоначально выступал за прямую аннексию Маньчжурии и Внутренней Монголии. Однако правительство в Токио, опасавшееся международной реакции и нарушения Договора девяти держав 1922 года о территориальной целостности Китая, аннексию не поддерживало.

Был выбран другой путь - создание формально независимого государства, которое якобы возникло по воле местного населения, отделившегося от Китая. Такая конструкция позволяла Японии утверждать, что она не нарушает международных обязательств, а лишь признает новое государство. Исивара и его коллеги, в том числе полковник Итагаки Сэйсиро, быстро приняли этот вариант. Он отвечал и их собственным утопическим идеям о Маньчжурии как образцовом государстве, свободном от коррупции китайских милитаристов и от влияния японских партий и капиталистов.

Коллаборационисты и отставной император

Для создания видимости местной инициативы японцам нужны были китайские и маньчжурские политики, готовые сотрудничать. Квантунская армия опиралась на часть бывших чиновников и генералов режима Чжан Сюэляна, недовольных им, на монгольских князей и на монархистов, мечтавших о реставрации династии Цин. Под давлением японцев в провинциях были созданы «комитеты по поддержанию порядка», провозгласившие разрыв с Нанкинским правительством. 18 февраля 1932 года был образован Северо-Восточный административный комитет, объявивший о независимости региона.

Главой нового государства японцы избрали Пуи. Последний император Цин взошел на трон в 1908 году в возрасте двух лет и отрекся в 1912 году после Синьхайской революции, сохранив по соглашению с республикой титул и дворец в Пекине. В 1924 году он был изгнан из Запретного города и поселился в японской концессии в Тяньцзине, где его окружали монархисты и японские агенты. Пуи мечтал о восстановлении власти, прежде всего над всем Китаем, и видел в Японии союзника.

В ноябре 1931 года полковник разведки Доихара Кэндзи организовал тайный вывоз Пуи из Тяньцзина. По распространенным рассказам, его вывезли в багажнике автомобиля, а затем на японском судне доставили в Маньчжурию. Там он оказался фактически в руках Квантунской армии.

Провозглашение

1 марта 1932 года было объявлено о создании государства Маньчжоу-го. Его столицей стал Чанчунь, переименованный в Синьцзин - «Новую столицу». Пуи рассчитывал сразу стать императором, но японцы предложили ему лишь титул верховного правителя (чжичжэна), обещав монархию позже. После колебаний он согласился и 9 марта вступил в должность. Премьер-министром был назначен монархист и известный каллиграф Чжэн Сяосюй, давний наставник Пуи.

Был принят государственный флаг - желтое полотнище с полосами красного, синего, белого и черного цветов в верхнем углу, символизировавшими народы государства. Декларация о создании Маньчжоу-го обещала справедливое правление, мир и благоденствие всем его жителям.

10 марта Пуи подписал секретное письмо командующему Квантунской армией, в котором передавал Японии оборону страны, управление железными дорогами, портами и водными путями, право назначать японцев на государственные должности и строить аэродромы. Это письмо, а позднее Японо-маньчжурский протокол 15 сентября 1932 года, по которому Япония официально признала Маньчжоу-го, закрепили фактическую зависимость нового государства.

Как было устроено государство

Формально Маньчжоу-го имело все атрибуты суверенного государства: главу государства, правительство - Государственный совет, министерства, законодательный совет, армию, валюту, почту, герб и гимн. Министрами назначались китайцы и маньчжуры. Однако каждый министр имел японского заместителя, который и принимал реальные решения. Ключевую роль играло Главное управление по общим делам при Государственном совете, возглавлявшееся японцем и контролировавшее бюджет, кадры и законодательство.

Над всей этой системой стоял командующий Квантунской армией, одновременно являвшийся послом Японии в Маньчжоу-го. Он осуществлял так называемое «внутреннее руководство» - систему неформального, но обязательного контроля над правительством. Японские советники проникали во все звенья управления, вплоть до уездов. Армия Маньчжоу-го находилась под командованием японских офицеров и использовалась прежде всего против партизан.

Для идеологической мобилизации была создана Ассоциация согласия (Кевакай) - массовая организация, призванная заменить политические партии, которые в Маньчжоу-го были запрещены. Официальная идеология провозглашала «гармонию пяти народов» - японцев, китайцев, маньчжуров, монголов и корейцев, а позднее к ним стали причислять и русских эмигрантов - и «царский путь» (вандао) - справедливое правление в духе конфуцианства в противовес западному либерализму и коммунизму.

Император Кандэ

1 марта 1934 года Маньчжоу-го было провозглашено империей, а Пуи - императором под девизом правления Кандэ. Пуи надеялся облачиться для церемонии в традиционное драконье одеяние императоров Цин, но японцы настаивали на мундире; в итоге он совершил обряд жертвоприношения Небу в старинном одеянии, а саму церемонию интронизации провел в военной форме.

Власть императора оставалась номинальной. Пуи жил в бывшем здании соляного управления в Синьцзине, превращенном во дворец, и находился под постоянным надзором японского офицера-советника. В 1935 году он посетил Японию и был принят императором Хирохито. После второго визита в 1940 году по японскому требованию в Маньчжоу-го был введен культ синтоистской богини солнца Аматэрасу - прародительницы японского императорского дома, - что для самого Пуи, по его позднейшим воспоминаниям, было унизительным.

Непризнанное государство

Лига Наций отказалась признать Маньчжоу-го. Доклад комиссии Литтона 1932 года констатировал, что новое государство не было создано по воле населения и существует лишь благодаря присутствию японских войск. После одобрения доклада Ассамблеей Лиги Япония в 1933 году вышла из организации. Соединенные Штаты еще в январе 1932 года провозгласили «доктрину Стимсона» о непризнании территориальных изменений, достигнутых силой.

Маньчжоу-го так и не получило широкого международного признания. Помимо Японии, его признали Сальвадор, один из первых, затем фашистская Италия, франкистская Испания, нацистская Германия, Венгрия и ряд других государств, связанных с Японией или зависимых от нее. Советский Союз, не признавая Маньчжоу-го официально, вел с ним практические дела: в 1935 году продал ему свою долю в Китайско-Восточной железной дороге, а в 1941 году в связи с советско-японским пактом о нейтралитете обязался уважать его территориальную целостность. Всего Маньчжоу-го признали около двух десятков государств.

Индустриализация под штыками

Маньчжоу-го стало для Японии полигоном экономического планирования. Здесь работали молодые амбициозные японские бюрократы, в том числе Киси Нобусукэ, будущий премьер-министр послевоенной Японии, руководивший промышленной политикой. В 1937 году был принят пятилетний план развития промышленности, ориентированный на военные нужды Японии. Предприниматель Аюкава Есисукэ перенес в Маньчжурию свою промышленную группу, создав Корпорацию развития тяжелой промышленности Маньчжурии.

Строились металлургические комбинаты в Аньшане, угольные шахты в Фушуне, заводы, электростанции, плотины, тысячи километров железных дорог. Южно-Маньчжурская железная дорога оставалась гигантским хозяйственным и исследовательским концерном. Синьцзин застраивался как образцовая столица с широкими проспектами и монументальными зданиями в смешанном японско-китайском стиле. К 1945 году Северо-Восток стал самым индустриализированным районом Китая.

Цена этой модернизации ложилась на местное население. Сотни тысяч, а за годы существования государства миллионы рабочих, в том числе завербованных или насильно вывезенных из Северного Китая, трудились на шахтах и стройках в тяжелейших условиях; смертность среди них была очень высокой. Крестьян облагали поставками зерна, их земли отбирались для японских поселенцев. Правительство Маньчжоу-го получало значительный доход от государственной опиумной монополии, которая формально ставила целью постепенный отказ от наркотика, а на деле способствовала распространению наркомании.

Переселенцы

Японские власти рассматривали Маньчжурию как пространство для заселения, которое должно было решить проблему перенаселенности и бедности японской деревни. В 1936 году была принята программа переселения в Маньчжурию миллиона японских крестьянских семей за двадцать лет. Создавались вооруженные сельскохозяйственные поселения, в том числе отряды юношей-добровольцев. К 1945 году в Маньчжурии жили, по разным оценкам, более полутора миллионов японцев, из них сотни тысяч - крестьяне-колонисты.

Земли для переселенцев часто изымались у китайских и корейских крестьян за бесценок или принудительно. Переселялись в Маньчжурию и корейцы, которых японские власти использовали и как колонистов, и как посредников. Это создавало напряжение между народами, которое официальная идеология «гармонии» лишь прикрывала.

Террор и «Подразделение 731»

Сопротивление японскому господству не прекращалось. В 1930-е годы в Маньчжурии действовали многочисленные партизанские отряды - от бывших солдат армии Чжан Сюэляна до коммунистов. Под руководством Коммунистической партии Китая была создана Северо-восточная антияпонская объединенная армия. Ее командир Ян Цзинъюй погиб в 1940 году; японцы, вскрыв его тело, обнаружили в желудке лишь траву и кору - он сражался до конца в окружении без пищи. В ее рядах воевал и будущий руководитель Северной Кореи Ким Ир Сен.

Против партизан и поддерживавшего их населения японские и маньчжурские войска проводили жестокие карательные операции. Деревни сжигались, жители сгонялись в укрепленные «коллективные деревни» под надзором, подозреваемых казнили без суда. Японская жандармерия и полиция применяли массовые аресты и пытки.

В Пинфане под Харбином действовало «Подразделение 731» под командованием Исии Сиро. Здесь под прикрытием отряда по профилактике эпидемий и очистке воды разрабатывалось биологическое и химическое оружие. Тысячи людей - китайцев, корейцев, русских, монголов - подвергались бесчеловечным опытам: их заражали чумой, холерой и другими болезнями, замораживали, вскрывали живыми. Ни один из узников «Подразделения 731» не вышел оттуда живым. Созданное в нем оружие применялось против населения Китая. Это одно из самых чудовищных преступлений против человечности XX века, совершенное на территории Маньчжоу-го и под его прикрытием. После войны многие руководители подразделения избежали наказания благодаря сделке с американскими властями, получившими результаты опытов.

Культура и пропаганда

Маньчжоу-го уделяло большое внимание пропаганде. Кинокомпания «Маньчжурская кинематографическая ассоциация», которую с 1939 года возглавлял бывший офицер жандармерии Амакасу Масахико, выпускала художественные и документальные фильмы, прославлявшие «новое государство». Ее звездой стала японская актриса Ямагути Есико, выступавшая под китайским именем Ли Сянлань и выдававшаяся за китаянку. Государство имело свою прессу, радио, издательства, университеты, включая Университет Кэнкоку, где в духе «гармонии народов» учились студенты разных национальностей.

Часть японских интеллектуалов искренне верила в утопический проект Маньчжоу-го как государства равноправных народов и планового хозяйства. Однако в повседневной жизни японцы занимали привилегированное положение, получали более высокую зарплату и паек, а китайское большинство оставалось на положении подданных колонии.

Крах

9 августа 1945 года Советский Союз вступил в войну с Японией, и советские войска начали наступление в Маньчжурии. Квантунская армия, ослабленная переброской лучших частей на другие фронты, была разгромлена за несколько дней. 17-18 августа Пуи отрекся от престола. 19 августа он был задержан советскими десантниками на аэродроме в Мукдене при попытке бежать в Японию. Маньчжоу-го прекратило существование.

Крах обернулся трагедией для японских переселенцев. Брошенные армией, они пытались пробиться к портам; многие погибли от голода, болезней, нападений, некоторые совершали коллективные самоубийства. По разным оценкам, погибли десятки тысяч, а тысячи японских детей остались в Китае и были усыновлены китайскими семьями. Сотни тысяч японских военнопленных были вывезены в советские лагеря. Промышленное оборудование Маньчжурии было в значительной части демонтировано и вывезено в СССР.

Судьба Пуи

Пуи провел пять лет в советском плену под Хабаровском. В 1946 году он выступал свидетелем на Токийском процессе, утверждая, что был лишь пленником японцев, - показания, в которых историки видят как долю правды, так и стремление снять с себя ответственность. В 1950 году он был передан Китайской Народной Республике и почти десять лет провел в Фушуньском центре для военных преступников, где проходил «перевоспитание». В 1959 году он был помилован, работал в Пекинском ботаническом саду, затем в исторических учреждениях, написал автобиографию «Первая половина моей жизни». Он умер в 1967 году.

Итоги

Маньчжоу-го было марионеточным государством, созданным японской армией для легитимации захвата Северо-Восточного Китая. Его формальная независимость и монарх из династии Цин служили фасадом для японского колониального господства. Государство стало полигоном японского планового хозяйства и тяжелой промышленности, оставив после себя самый развитый промышленный район Китая, но эта модернизация была оплачена принудительным трудом, изъятием земель, наркотиками и террором. На его территории совершались тягчайшие военные преступления, включая опыты «Подразделения 731». Созданием Маньчжоу-го Япония бросила вызов Лиге Наций и системе коллективной безопасности и сделала первый шаг к большой войне в Азии.