«Я, робот» Айзека Азимова (1950)

Мальчик из Петровичей

Айзек Азимов родился в местечке Петровичи Смоленской губернии, по его собственным подсчетам - около 2 января 1920 года; точная дата неизвестна, так как метрики того времени не сохранились. Его родители, евреи-мельники, в 1923 году эмигрировали в США и поселились в Бруклине. Отец, едва говоривший по-английски, держал кондитерские лавки, где продавались газеты и журналы. Среди них были дешевые «пальп-журналы» с научной фантастикой - отец считал их недостойным чтением, но сын убедил его, что журнал с «наукой» в названии должен быть полезен.

Азимов рано научился читать, учился в школе с опережением и в 15 лет поступил в колледж. Он изучал химию в Колумбийском университете, а в свободное время писал фантастические рассказы. В 1938 году он лично отнес свой первый рассказ в редакцию журнала «Эстаундинг сайенс фикшн», а в 1939 году впервые напечатался.

Кэмпбелл и золотой век

Главным человеком в американской фантастике тех лет был Джон Кэмпбелл, с 1937 года редактор «Эстаундинга». Он требовал от авторов научной правдоподобности, интереса к людям и идеям, а не к перестрелкам с инопланетными монстрами. Под его руководством начался так называемый золотой век американской научной фантастики, в журнале печатались Роберт Хайнлайн, Альфред Ван Вогт, Теодор Старджон. Молодой Азимов часами беседовал с Кэмпбеллом в редакции, и многие его идеи рождались в этих разговорах.

Комплекс Франкенштейна

Слово «робот» придумал в 1920 году чешский писатель Карел Чапек для пьесы «R.U.R.» («Россумские универсальные роботы»), где искусственные рабочие восстают и уничтожают человечество; само слово подсказал ему брат Йозеф, образовав его от чешского «robota» - подневольный труд. С тех пор в литературе и кино господствовал сюжет о созданиях, обращающихся против своих творцов, восходящий к роману Мэри Шелли «Франкенштейн» (1818). Робот-убийца или робот-бунтарь стал штампом бульварной фантастики.

Азимова это раздражало. Он считал, что инженеры, создающие машины, снабжают их защитными устройствами - так же как у электрических проводов есть изоляция, а у ножей рукоятки. Страх перед собственным творением он назвал «комплексом Франкенштейна» и решил писать о роботах как о машинах, сделанных с умом и безопасных по замыслу. Были у него и предшественники: в 1938 году Лестер дель Рей опубликовал рассказ «Хелен О'Лой» о женщине-роботе, полюбившей человека, а в 1939 году братья Биндеры, писавшие под псевдонимом Эндо Биндер, - рассказ «Я, робот» о человечном роботе Адаме Линке, который Азимов прочел и запомнил.

Девочка и робот

В мае 1939 года 19-летний Азимов написал рассказ «Робби» о роботе-няньке, привязанной к нему девочке Глории и ее матери, которая боится машины и избавляется от нее. Кэмпбелл рассказ отверг. Его опубликовал в сентябре 1940 года редактор другого журнала, друг Азимова Фредерик Пол, под названием «Странный товарищ по играм».

Следующие рассказы о роботах Азимов писал уже для Кэмпбелла. В 1941 году в рассказе «Лжец!» он впервые употребил слово «robotics» - «робототехника», не подозревая, что придумывает новый термин: ему казалось, что такое слово уже существует по аналогии с «механикой» и «электроникой».

Три закона

23 декабря 1940 года Азимов пришел к Кэмпбеллу с идеей рассказа о роботе, умеющем читать мысли. В ходе разговора Кэмпбелл сформулировал то, что, по его мнению, уже подразумевалось в рассказах Азимова, - три правила поведения роботов. Впервые они были явно изложены в рассказе «Хоровод», опубликованном в марте 1942 года. По смыслу они звучат так:

1. Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред.
2. Робот должен повиноваться приказам человека, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому закону.
3. Робот должен заботиться о своей безопасности, пока это не противоречит Первому и Второму законам.

Азимов всю жизнь настаивал, что законы придумал Кэмпбелл, а Кэмпбелл - что лишь извлек их из рассказов Азимова. Так или иначе, они стали стержнем всего цикла. Почти каждый рассказ представлял собой головоломку: робот ведет себя странно или опасно, и герои должны понять, какое столкновение законов или какая неожиданная их трактовка вызвали сбой.

Годы войны

В годы Второй мировой войны Азимов работал химиком на военно-морской верфи в Филадельфии - вместе с другими фантастами, Робертом Хайнлайном и Лайоном Спрэгом де Кампом, - а в 1945-1946 годах прослужил несколько месяцев в армии. Затем он вернулся в Колумбийский университет, в 1948 году защитил диссертацию по биохимии и в 1949 году стал преподавателем медицинского факультета Бостонского университета. Все это время он продолжал писать рассказы о роботах, а также о Галактической империи - из них вырастет цикл «Основание».

Сборник

В 1950 году небольшое нью-йоркское издательство «Гном пресс», выпускавшее фантастику в твердой обложке, предложило Азимову собрать рассказы о роботах в книгу. Автор хотел назвать ее «Разум и железо», но издатель Мартин Гринберг выбрал «Я, робот». Азимов возражал, поскольку так назывался рассказ Эндо Биндера, но уступил. Книга вышла 2 декабря 1950 года.

Чтобы превратить разрозненные рассказы в единое целое, Азимов написал обрамление. Журналист берет интервью у 75-летней Сьюзен Келвин, уходящей на пенсию после полувековой работы робопсихологом в корпорации «Ю. эс. роботс энд мекэникл мен». Она вспоминает историю роботов от первых неговорящих машин до гигантских вычислительных систем, управляющих экономикой Земли.

Рассказы

В сборник вошли девять рассказов, расположенных в порядке условной хронологии будущего.

«Робби». Немой робот-нянька Робби дружит с маленькой Глорией. Мать, поддавшись общественной неприязни к роботам, отдает его обратно, но Робби спасает девочку от несущегося трактора, и семья принимает его назад.

«Хоровод». Инженеры Пауэлл и Донован, неудачливые испытатели новых моделей, посылают на раскаленном Меркурии робота Спиди за селеном. Неосторожно отданный приказ и опасность для самого робота уравновешивают Второй и Третий законы, и Спиди начинает бесконечно кружить вокруг цели, словно пьяный. Вывести его из ступора удается, лишь подставив под угрозу жизнь человека.

«Логика». Робот Кьюти на космической энергостанции отказывается верить, что его создали люди, - слабые существа не могли сотворить совершенное. Он основывает культ Энергетического преобразователя и перестает подчиняться инженерам, но станцию обслуживает безупречно, поскольку, не осознавая того, следует Первому закону.

«Поймать кролика». Робот-шахтер, управляющий шестью подчиненными роботами, в опасных ситуациях начинает маршировать с ними, словно на параде. Причина - перегрузка от необходимости принимать слишком много самостоятельных решений одновременно.

«Лжец!». Робот Эрби в результате производственной ошибки научился читать мысли. Понимая, что правда может причинить людям душевную боль, он, согласно Первому закону, говорит каждому то, что тот хочет услышать, - в том числе Сьюзен Келвин о ее тайной любви. Узнав об обмане, Келвин загоняет робота в неразрешимое противоречие, и он ломается.

«Как потерялся робот». На секретной космической базе используют роботов с ослабленным Первым законом. Один из них, обиженный грубым приказом «пропасть», прячется среди 62 одинаковых роботов, и Келвин придумывает испытания, чтобы его найти.

«Выход из положения». Мощная вычислительная машина Мозг проектирует межзвездный корабль. При прыжке через гиперпространство люди на короткое время фактически умирают, и, чтобы справиться с противоречием, Мозг впадает в мальчишеское шутовство.

«Улики». Кандидата в мэры Стивена Байерли подозревают в том, что он робот. Доказать или опровергнуть это непросто: хороший человек ведет себя так же, как робот, подчиняющийся законам. Байерли публично бьет человека, что робот сделать не может, - но, как намекает Келвин, ударенный мог и сам быть роботом.

«Разрешимое противоречие». В 2052 году Байерли, ставший главой Всемирной федерации, обнаруживает мелкие сбои в работе Машин - вычислительных систем, управляющих экономикой. Келвин объясняет, что Машины, руководствуясь Первым законом в масштабах всего человечества, незаметно оттесняют от власти тех, кто против них выступает. Человечество, по ее словам, больше не управляет своей судьбой - но, возможно, никогда и не управляло.

Мир 1950 года

Сборник вышел в момент, когда «электронный мозг» перестал быть фантазией. В США и Великобритании работали первые вычислительные машины, Норберт Винер писал о машинах, управляющих производством, а Алан Тьюринг в том же 1950 году опубликовал статью о том, могут ли машины мыслить. Последний рассказ сборника о Машинах, тайно управляющих миром, звучал на этом фоне как размышление о реальном будущем.

Поначалу книга продавалась скромно, но затем вышла в мягкой обложке и стала одной из самых известных книг научной фантастики. В 1954 году Азимов продолжил тему роботов в романе «Стальные пещеры», где соединил научную фантастику с детективом, а позднее связал цикл о роботах с циклом «Основание» в единую историю будущего. В романе «Роботы и Империя» (1985) он добавил «Нулевой закон»: робот не может причинить вред человечеству в целом.

Робототехника наяву

В 1956 году на вечеринке американский инженер Джозеф Энгельбергер познакомился с изобретателем Джорджем Деволом, получившим патент на программируемый манипулятор. Энгельбергер был поклонником Азимова, и разговор о его рассказах, по их воспоминаниям, подтолкнул их основать компанию, создавшую в 1961 году первого промышленного робота «Юнимейт» для автомобильного завода «Дженерал моторс». Энгельбергера позднее называли «отцом робототехники», и он признавал влияние Азимова. Само слово «робототехника», придуманное писателем, стало названием научной дисциплины.

В СССР рассказы Азимова начали переводить с конца 1950-х годов, а сборник «Я, робот» вышел по-русски в 1964 году и стал одной из самых популярных переводных фантастических книг. Три закона цитировались в научно-популярных книгах и учебниках по кибернетике.

Судьба книги и автора

Азимов стал одним из самых плодовитых писателей в истории, выпустив более пятисот книг - фантастику, детективы, научно-популярные труды по химии, физике, астрономии, истории и даже толкования к Библии и Шекспиру. Он умер в Нью-Йорке 6 апреля 1992 года.

Попытки экранизации долго не удавались: сценарий, написанный в конце 1970-х годов фантастом Харланом Эллисоном, так и не был поставлен. В 2004 году вышел фильм Алекса Пройаса «Я, робот» с Уиллом Смитом, использовавший имена персонажей, Три закона и идею рассказа «Разрешимое противоречие», но с собственным сюжетом о восстании роботов - тем самым «комплексом Франкенштейна», против которого Азимов писал.

Итоги

• «Я, робот» стал одной из самых влиятельных книг научной фантастики XX века и создал новый образ робота - не чудовища, а сложной машины с встроенными ограничениями.
• Сформулированные в рассказах Три закона робототехники стали самым известным в культуре сводом правил для искусственных существ и отправной точкой для дискуссий об этике машин.
• Азимов ввел в язык слово «робототехника», ставшее названием научной и инженерной дисциплины, а его рассказы вдохновили создателей первых промышленных роботов.
• Образ Сьюзен Келвин, ученой-женщины, стоящей в центре повествования, был необычен для фантастики 1940-х годов.
• Последние рассказы сборника, где машины берут на себя управление экономикой ради блага человечества, предвосхитили споры конца XX - XXI века о власти алгоритмов.