Беспорядки в подмандатной Палестине (1929)

Мандат и две общины

После Первой мировой войны Палестина, прежде входившая в Османскую империю, перешла под управление Великобритании. Мандат Лиги Наций, утвержденный в 1922 году, включал текст Декларации Бальфура 1917 года - обязательство содействовать созданию в Палестине «национального очага для еврейского народа» при соблюдении гражданских и религиозных прав нееврейских общин.

К концу 1920-х годов в Палестине проживало, по данным британской администрации, около 800 тысяч арабов-мусульман и христиан и около 160 тысяч евреев. Еврейская иммиграция, особенно волна середины 1920-х годов, покупка земли сионистскими организациями, выселение арабских арендаторов с проданных земель и растущая сеть еврейских учреждений вызывали у арабского населения опасения, что оно теряет страну. Арабские национальные лидеры требовали прекращения иммиграции и создания представительного правительства, в котором арабы составили бы большинство. Сионистское движение, в свою очередь, стремилось к увеличению иммиграции и развитию «национального очага».

Насилие уже вспыхивало: в апреле 1920 года во время праздника Неби Муса в Иерусалиме, в мае 1921 года в Яффо. После этого наступило несколько относительно спокойных лет, но противоречия не исчезли.

Святыня двух религий

Западная стена - сохранившаяся часть ограды Второго Храма, разрушенного римлянами в 70 году, - для евреев священное место молитвы и плача о разрушенном Храме. Для мусульман эта же стена - часть ограды Харам аш-Шариф, Благородного святилища с мечетями аль-Акса и Куббат ас-Сахра. По мусульманскому преданию, к ней Пророк Мухаммед привязал свое чудесное животное аль-Бурак во время ночного путешествия в Иерусалим. Сама стена и узкий проход перед ней принадлежали мусульманскому вакуфу - религиозному фонду, а примыкающий квартал Магрибинцев населяли мусульмане.

При османах сложился «статус-кво»: евреи имели право молиться у стены, но им запрещалось ставить скамьи, ширмы и другие предметы, которые могли бы превратить место в синагогу и создать основание для притязаний на собственность. Британская администрация обязалась соблюдать этот порядок.

Старый ишув и новые поселенцы

Еврейское население Палестины не было единым. Помимо сионистов, прибывших с конца XIX века и строивших сельскохозяйственные поселения, кибуцы, новые городские кварталы и политические учреждения, в стране жили общины «старого ишува» - религиозных евреев, веками селившихся в святых городах Иерусалиме, Хевроне, Цфате и Тверии. Они жили молитвой и изучением Торы, во многом за счет пожертвований из-за границы, часто говорили по-арабски, особенно выходцы из стран Востока, и поддерживали тесные связи с арабскими соседями. Многие из них относились к светскому сионизму настороженно или враждебно.

Для арабского населения, охваченного страхом перед сионизмом, эти различия стирались. В 1929 году жертвами самых страшных погромов стали именно общины старого ишува в Хевроне и Цфате - люди, не имевшие отношения к политике сионистского движения. Это обстоятельство подчеркивает, что насилие было направлено против евреев как таковых.

Слухи и пресса

Большую роль в эскалации сыграли слухи и печать обеих сторон. Арабские газеты и проповедники предупреждали о намерении евреев захватить аль-Аксу; в деревнях распространялись фотографии и листовки, якобы подтверждавшие эти намерения. В дни беспорядков по стране ходили ложные известия о массовых убийствах арабов в Иерусалиме, побуждавшие крестьян браться за оружие.

Еврейская пресса, особенно близкая к ревизионистам газета «Доар ха-Йом», вела кампанию вокруг стены в резких тонах, требуя решительных действий. Британская администрация, не имевшая эффективной системы информирования населения, не сумела ни опровергнуть слухи, ни успокоить общины. Историки отмечают, что информационная война 1928-1929 годов предвосхитила многие черты последующих обострений конфликта.

Ширма на Йом-Кипур

24 сентября 1928 года, в Йом-Кипур, еврейские молящиеся установили у стены ширму, разделявшую мужчин и женщин. Мусульманские власти выразили протест, и британская полиция по приказу окружного комиссара сняла ширму прямо во время молитвы, при этом произошли столкновения с молящимися. Еврейская общественность в Палестине и во всем мире возмутилась насилием в святой день. Мусульманское руководство, со своей стороны, увидело в этом попытку изменить статус-кво и начать постепенное присвоение святыни.

Муфтий Иерусалима Хадж Амин аль-Хусейни, глава Высшего мусульманского совета, развернул кампанию в защиту аль-Бурака. По его распоряжению рядом со стеной начались строительные работы, через проход перед ней стали прогонять скот, рядом проводились громкие суфийские радения. Для еврейских молящихся это было демонстративным оскорблением. В еврейской прессе звучали призывы защитить стену, а ревизионистские сионисты требовали передать ее евреям. Напряжение нарастало почти год.

Август 1929 года

15 августа 1929 года, в день поста Тиша бе-Ав, отмечающего разрушение Храма, несколько сотен молодых евреев, в основном членов молодежного движения «Бейтар», прошли к стене с сионистским флагом, пели гимн «Ха-Тиква» и заявили, что стена принадлежит евреям. На следующий день, в пятницу, после молитвы в аль-Аксе толпа мусульман прошла к стене, разогнала служку, сожгла молитвенники и записки, оставленные в щелях стены. 17 августа в квартале Бухарим в Иерусалиме в ссоре из-за мяча был смертельно ранен ножом еврейский юноша Авраам Мизрахи; его похороны превратились в демонстрацию, которую разогнала полиция.

По стране распространялись слухи - о том, что евреи намерены захватить мечеть аль-Акса, об убийствах арабов. 23 августа, в пятницу, в Иерусалим из окрестных деревень пришли тысячи вооруженных палками и ножами крестьян. После пятничной молитвы толпы напали на евреев в Старом городе и в прилегающих кварталах. Начались убийства.

Хеврон

Самые страшные события произошли 24 августа в Хевроне. Еврейская община этого древнего города, где находится Пещера Патриархов, существовала веками. Она состояла в основном из религиозных евреев, не связанных с сионистским движением и поддерживавших хорошие отношения с арабскими соседями, а также из студентов недавно переехавшей из Литвы иешивы. Руководство общины отказалось от предложенной Хаганой вооруженной защиты, полагаясь на отношения с местными арабами.

Утром 24 августа толпа, возбужденная слухами из Иерусалима, ворвалась в еврейские дома. Были убиты 67 человек - мужчины, женщины, дети, старики, студенты иешивы. Многих подвергли пыткам и увечьям, женщин насиловали, дома и синагоги были разграблены. Весь город охраняли лишь несколько полицейских во главе с британским офицером Рэймондом Кафферата, который лично застрелил нескольких нападавших, но не мог остановить погром.

Вместе с тем более четырехсот евреев Хеврона спаслись благодаря арабским соседям, которые укрыли их в своих домах, рискуя собственной жизнью. По разным данным, так поступили несколько десятков арабских семей. Уцелевших евреев британские власти эвакуировали в Иерусалим. Многовековая еврейская община Хеврона перестала существовать; попытка ее восстановления в 1931 году закончилась новой эвакуацией в 1936 году.

Цфат и другие места

Насилие распространилось по стране. В Моце близ Иерусалима была убита почти вся семья Маклеф. Нападениям подверглись еврейские кварталы Иерусалима, поселения, кибуцы. Защитники ряда поселков отразили атаки, другие были покинуты и разграблены. 29 августа произошел погром в Цфате, где были убиты 18 евреев и десятки ранены, еврейский квартал сожжен.

Происходили и еврейские нападения на арабов. В Яффо группа евреев убила семью имама местной мечети; в Иерусалиме и других местах были убиты арабские прохожие, разрушена мечеть. В совокупности, по данным британского расследования, погибли 133 еврея и 116 арабов; 339 евреев и 232 араба были ранены. Большинство погибших арабов были убиты британской полицией и войсками при подавлении беспорядков, часть - в ходе еврейской самообороны и ответных нападений.

Британская армия

Британская администрация оказалась застигнута врасплох. Гарнизон в Палестине был сокращен до минимума, полиция насчитывала лишь несколько сотен британских офицеров, а большинство рядовых полицейских составляли арабы, чья надежность в межобщинном конфликте вызывала сомнения. Верховный комиссар сэр Джон Чанселлор находился в отпуске в Англии, обязанности исполнял главный секретарь Гарри Люк.

Власти вызвали подкрепления из Египта и Мальты, авиацию, военные корабли. К концу августа порядок был восстановлен. Сотни арабов и десятки евреев были преданы суду. Смертные приговоры были вынесены в основном арабам; 17 июня 1930 года в Акко были повешены трое - Фуад Хиджази, Мухаммед Джамджум и Ата аз-Зир, осужденные за убийства в Хевроне и Цфате. В арабской памяти они стали мучениками, а день их казни - «Красным вторником»; им посвящены стихи и песни.

Расследования

В сентябре 1929 года британское правительство назначило комиссию во главе с юристом сэром Вальтером Шоу. Ее доклад, опубликованный в марте 1930 года, признал, что вспышка началась с арабских нападений на евреев, но главной причиной назвал страх арабов перед еврейской иммиграцией и покупкой земли, лишавшими их политического и экономического будущего. Комиссия не нашла доказательств, что муфтий заранее организовал беспорядки, но указала на его долю ответственности за нагнетание напряженности. Один из членов комиссии в особом мнении не согласился с этими выводами.

Вслед за этим эксперт Джон Хоуп-Симпсон изучил положение с землей и иммиграцией и пришел к выводу, что свободной земли для новых поселенцев почти нет. В октябре 1930 года министр колоний лорд Пассфилд издал Белую книгу, предлагавшую ограничить еврейскую иммиграцию и покупку земли. Сионистское руководство восприняло ее как отказ от Декларации Бальфура; Хаим Вейцман в знак протеста подал в отставку с поста президента Сионистской организации. Под давлением сионистов и британской оппозиции премьер-министр Рамсей Макдональд в феврале 1931 года направил Вейцману письмо, фактически отменявшее ограничения. Арабы назвали его «черным письмом».

В 1930 году международная комиссия, созданная Лигой Наций, рассмотрела спор о стене. Она признала, что стена и прилегающая площадь принадлежат мусульманскому вакуфу, но за евреями сохраняется право свободного доступа и молитвы у стены с определенными ограничениями на ритуальные предметы.

Последствия

События 1929 года изменили отношения между общинами. Еврейские общины смешанных городов - Хеврона, Газы, Наблуса - были эвакуированы или уехали сами; евреи стали жить отдельно от арабов. Еврейская подпольная организация самообороны Хагана, показавшая свою слабость, была реорганизована и значительно расширена; в 1931 году от нее откололась более воинственная организация, ставшая затем «Иргуном». Сионистское руководство сделало вывод, что безопасность еврейской общины может обеспечить только ее собственная сила.

Для арабского национального движения события 1929 года стали моментом массовой мобилизации. Религиозный вопрос о святыне соединился с национальным, и муфтий Хадж Амин аль-Хусейни укрепил свое положение ведущего лидера палестинских арабов. Следующий, еще более масштабный взрыв произошел в 1936-1939 годах во время Арабского восстания.

Память

В израильской и еврейской памяти события 1929 года - прежде всего Хевронская резня - остаются одним из основополагающих эпизодов, символом уязвимости еврейского населения без собственной защиты. Кладбище жертв в Хевроне сохраняется. После 1967 года в Хевроне вновь появилось еврейское поселение, и память о 1929 годе стала частью острых споров о городе.

В палестинской памяти события 1929 года называются восстанием аль-Бурак и рассматриваются как защита святыни и протест против британской политики и сионистской колонизации. Казненные в Акко стали национальными героями. Спасение хевронских евреев арабскими соседями вспоминается обеими сторонами, но по-разному: для одних как пример человечности на фоне преступления, для других - как свидетельство того, что насилие не было выражением всего общества.

Итоги

Беспорядки 1929 года превратили религиозный спор о святом месте в кровавый межобщинный конфликт и обозначили переход от сосуществования к открытой вражде между арабами и евреями Палестины. Массовые убийства мирных жителей в Хевроне и Цфате остаются преступлением, которое не оправдывают ни политические обиды, ни страх перед будущим. События показали неспособность британской администрации одновременно выполнять противоречивые обязательства перед двумя общинами, привели к укреплению вооруженной еврейской самообороны и к радикализации арабского национального движения, предвосхитив кризисы 1930-1940-х годов.