Дерсимская резня (1937-1938)

Непокоренный край

Дерсим - труднодоступная горная область в верховьях Евфрата, между Эрзинджаном, Элязыгом и Эрзурумом. Его жители в большинстве своем были алевитами-кызылбашами - последователями особой ветви ислама, резко отличавшейся от суннитского большинства и веками преследовавшейся османскими властями. Говорили они на языках заза и курманджи. Общество было организовано в племена-ашираты во главе с вождями и наследственными духовными лидерами - сейидами.

На протяжении столетий Дерсим сохранял фактическую самостоятельность. Османские власти в XIX веке неоднократно направляли туда карательные экспедиции, но так и не установили в области постоянного контроля. Жители не платили регулярных налогов, уклонялись от воинской повинности, враждовали друг с другом и с соседями. Для Стамбула, а затем для Анкары Дерсим был символом непокорности.

В 1915 году, во время геноцида армян, многие дерсимские племена укрыли у себя армян из соседних районов, спасая их от депортации и уничтожения; число спасенных, по разным оценкам, составляло тысячи человек. Эта память стала частью местной идентичности и в то же время усиливала подозрительность государства к области.

Республика и курды

Турецкая Республика, провозглашенная в 1923 году, строилась как национальное государство турок. Лозаннский договор не упоминал курдов, а новые власти не признавали их отдельным народом. Курдский язык был вытеснен из общественной жизни, курдов официально стали называть «горными турками». Упразднение халифата и светские реформы вызывали недовольство и в консервативной суннитской среде.

В 1925 году на юго-востоке страны вспыхнуло восстание шейха Саида, объединившее курдский национализм с исламскими лозунгами. После его подавления был принят «План реформ на Востоке», предусматривавший военное управление, переселение и ассимиляцию курдского населения. В 1927-1930 годах в районе горы Арарат шло новое курдское восстание, подавленное с массовыми жертвами среди мирных жителей. Закон о поселении 1934 года разделил страну на зоны и предусматривал переселение нетурецкого населения для его ассимиляции.

Дерсим не участвовал в восстании шейха Саида: алевиты не разделяли суннитских лозунгов. Но область оставалась последним крупным районом, где власть Анкары была номинальной. В правительственных докладах середины 1930-х годов Дерсим описывался как «нарыв», который необходимо вскрыть.

Закон о Тунджели

25 декабря 1935 года Великое национальное собрание приняло закон об управлении провинцией Тунджели. Дерсим был переименован в Тунджели, что по-турецки означает «бронзовая рука», и выделен в особую провинцию с чрезвычайным режимом. Управление передавалось генерал-инспектору Четвертой генеральной инспекции, одновременно губернатору и командующему войсками, с правом выносить смертные приговоры, выселять жителей и вводить особые меры. На эту должность был назначен генерал Абдулла Альпдоган.

Началось строительство дорог, мостов, жандармских постов и казарм, призванных открыть область для армии. Населению приказывали сдать оружие. Вожди племен воспринимали эти меры как подготовку к окончательному подчинению и уничтожению их образа жизни. Ходили слухи о предстоящем разоружении и выселении.

Сейид Рыза

Главной фигурой сопротивления стал Сейид Рыза - вождь племени абасушагы и наследственный духовный лидер, пользовавшийся авторитетом во многих дерсимских племенах. К 1937 году ему было, по разным данным, за семьдесят. Он пытался вести переговоры с властями и, по имеющимся сведениям, обращался с письмами к иностранным правительствам, в том числе британскому, с просьбой о защите; подлинность и судьба этих писем обсуждаются историками.

Сторонники курдского национального движения, в том числе офицер и публицист Нури Дерсими, выходец из области, видели в Сейиде Рызе лидера курдского освободительного движения. Другие историки подчеркивают, что его цели были скорее местными - сохранение автономии и традиционного уклада, - а союз племен был непрочным: часть племен сохраняла лояльность государству или воевала против сторонников Сейида Рызы.

Начало операции

В ночь на 21 марта 1937 года отряд из нескольких племен напал на жандармский пост и сжег деревянный мост на строившейся дороге. Власти объявили это началом восстания. В область были переброшены крупные силы армии и жандармерии, начались операции против «бандитов».

Летом 1937 года войска продвигались вглубь Дерсима, уничтожая деревни, которые считались опорой повстанцев. Применялась авиация: самолеты бомбили селения и места, где укрывались люди. В бомбардировках участвовала Сабиха Гекчен, приемная дочь Ататюрка и первая в Турции женщина - военный летчик, чье участие в операции широко освещалось турецкой печатью как патриотический подвиг.

В сентябре 1937 года Сейид Рыза прибыл в Эрзинджан для переговоров, где был арестован. Его вместе с соратниками судили в Элязыге. Суд, проходивший ускоренно, приговорил к смерти одиннадцать человек, четырем из которых приговор смягчили из-за возраста. 15 ноября 1937 года Сейид Рыза, его сын и еще пятеро были повешены на площади в Элязыге. По свидетельству бывшего чиновника, а позднее министра иностранных дел Ихсана Сабри Чаглаянгиля, казнь провели ночью, в спешке, до прибытия в регион Ататюрка, чтобы исключить возможность помилования. Возраст одного из казненных, сына Сейида Рызы, по некоторым сведениям, был завышен, чтобы допустить казнь несовершеннолетнего.

1938 год

Казнь вождей не завершила кампанию. Весной и летом 1938 года армия провела новые, еще более масштабные операции. Их целью было уже не подавление вооруженных отрядов, а «очистка» области. Войска окружали районы, прочесывали горы и ущелья, сжигали деревни и леса. Жителей, укрывавшихся в пещерах, убивали; по многочисленным свидетельствам, вход в пещеры поджигали или замуровывали. Уничтожались люди, не участвовавшие ни в каких боях, - старики, женщины, дети. Среди жертв были и представители племен, сохранявших лояльность государству.

Существуют свидетельства о применении отравляющих газов. Документальные подтверждения этого фрагментарны, а их интерпретация остается спорной; турецкие власти такое применение отрицали. Историки, изучавшие вопрос, оценивают его с осторожностью.

Тысячи уцелевших жителей были депортированы в западные провинции Турции, где их расселяли небольшими группами среди турецкого населения, чтобы ускорить ассимиляцию. Многих детей, особенно девочек, оставшихся без родителей, передавали на воспитание в семьи военных и чиновников в других районах страны; они росли, не зная своего происхождения. Область была объявлена запретной зоной, въезд в нее строго ограничен.

Мир промолчал

Международная реакция на события в Дерсиме была почти незаметной. Иностранных журналистов в область не допускали, а турецкая печать сообщала лишь об успешной борьбе с разбойниками. Британские и другие дипломаты, в том числе консульство в Трабзоне, получали сведения о масштабе насилия от беглецов и местных информаторов и сообщали о них в свои столицы, но публичных протестов не последовало.

Этому способствовала международная обстановка. Европа была поглощена гражданской войной в Испании, германской экспансией и угрозой новой войны. Великобритания и Франция стремились привлечь Турцию на свою сторону в Восточном Средиземноморье и не желали осложнять с ней отношения. В те же месяцы Турция добивалась от Франции передачи ей Александреттского санджака, и в 1939 году он был присоединен к Турции под названием Хатай. Лига Наций, система защиты меньшинств которой не распространялась на курдов, вопросом не занималась.

Среди жертв кампании были и потомки армян, укрытых в Дерсиме в 1915 году, жившие в области под видом мусульман-алевитов. По воспоминаниям выживших, собранным исследователями, часть из них погибла или была депортирована вместе с соседями. Для многих семей Дерсима события 1938 года слились в памяти с трагедией 1915 года.

Число жертв

Точное число погибших неизвестно. В 2011 году премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган, ссылаясь на документы того времени, привел данные, согласно которым в ходе операций погибли 13 806 человек и 11 818 были выселены; эти цифры восходят к отчетам властей того времени. Курдские и алевитские авторы, а также ряд независимых исследователей считают официальные данные заниженными и называют цифры от двадцати до сорока тысяч погибших и выше. Выселенных, по разным оценкам, было от десяти до двадцати с лишним тысяч человек.

Ни одна из этих цифр не может быть проверена: архивы армии и жандармерии открыты лишь частично, а многие свидетели не оставили записей. Однако даже официальные данные указывают на убийство многих тысяч людей, большинство которых не принимали участия в вооруженном сопротивлении.

Молчание

В самой Турции события 1937-1938 годов долгие десятилетия замалчивались. Официальная версия говорила о подавлении мятежа феодальных вождей и разбойников, препятствовавших прогрессу, и о «цивилизаторской» миссии республики. Печать того времени сообщала об операциях скупо, прославляя армию. Особый режим в Тунджели был отменен лишь в 1946 году, а в 1947 году выселенным было разрешено вернуться. Многие вернулись на разоренные земли, другие остались на западе.

В семьях выживших память передавалась устно, на языках заза и курманджи, в плачах и рассказах. Публичное обсуждение началось лишь в 1990-е годы и особенно после 2000 года, когда появились исследования, мемуары, документальные фильмы и воспоминания уцелевших, записанные в глубокой старости. Нидерландский исследователь Мартин ван Бруйнессен одним из первых в научной литературе поставил вопрос о характере событий, назвав их этноцидом.

Извинения 2011 года

В ноябре 2011 года премьер-министр Эрдоган публично назвал события в Дерсиме одним из самых трагических эпизодов новейшей истории страны и резней и принес извинения от имени государства. Он зачитал выдержки из документов 1930-х годов. Заявление было сделано в разгар политической борьбы с оппозиционной Народно-республиканской партией, основанной Ататюрком и правившей в 1930-е годы, лидер которой Кемаль Кылычдароглу сам был родом из Тунджели. Поэтому многие восприняли его не только как признание трагедии, но и как политический ход. Официального признания событий геноцидом не последовало, и доступ к архивам остался ограниченным.

Моральная оценка

Кампания 1937-1938 годов в Дерсиме была массовым преступлением против мирного населения. Государство, преследуя цель окончательного подчинения и ассимиляции горной области, убивало тысячи людей, не причастных к вооруженному сопротивлению, уничтожало деревни, депортировало уцелевших и отнимало детей. Сейид Рыза и его соратники были казнены после ускоренного суда без возможности помилования. Эти действия подпадают под понятие преступлений против человечности, независимо от того, будет ли за ними признан статус геноцида.

Итоги

Дерсимская резня 1937-1938 годов стала завершающим этапом подчинения курдских районов Восточной Анатолии турецкому государству в межвоенный период. После принятия закона о Тунджели и начала строительства дорог и укреплений сопротивление части дерсимских племен во главе с Сейидом Рызой было подавлено с применением армии, авиации и артиллерии. Сейид Рыза и его соратники были повешены в Элязыге в ноябре 1937 года, а в 1938 году карательные операции переросли в массовое уничтожение населения, сожжение деревень и депортации. Погибли, по официальным данным того времени, около четырнадцати тысяч человек, по другим оценкам - значительно больше. Особый режим в области сохранялся до 1946 года, а сами события на десятилетия были вытеснены из официальной истории. Признание трагедии турецким правительством в 2011 году стало важным, но неполным шагом; вопрос о полном раскрытии архивов и правовой квалификации событий остается открытым.