Соглашение Сайкса - Пико

Дележ до победы

Османская империя вступила в мировую войну на стороне Центральных держав в ноябре 1914 года, и уже через несколько месяцев союзники начали обсуждать, что делать с ее территорией.

Первым был решен русский вопрос. По Константинопольскому соглашению марта 1915 года Британия и Франция признали за Россией будущие права на Стамбул и черноморские проливы - требование, которое российская дипломатия выдвигала больше столетия и от которого союзники прежде уклонялись. Ценой стало согласие Петрограда на то, что остальные участники возьмут свою долю.

В Лондоне весной 1915 года работал межведомственный комитет под председательством Мориса де Бунзена, которому поручили определить, чего Британия хочет на Ближнем Востоке. Комитет рассматривал четыре варианта - от сохранения Османской империи в децентрализованном виде до полного раздела - и склонялся к первому как к наименее хлопотному. Однако ход войны, провал Дарданелльской операции и активность французской колониальной партии сделали более вероятным сценарий раздела.

У Франции были давние претензии на Сирию и Ливан. Они опирались на многовековое покровительство местным христианам-маронитам, на школы и миссии, на вложения в шелк и железные дороги и на память о крестовых походах, которую французская публицистика использовала охотно. Британию интересовала Месопотамия - из-за пути в Индию, из-за нефти в Персии и уже обнаруженных перспектив в районе Мосула, а также порт на Средиземном море для выхода трубопровода и железной дороги.

Проблема состояла в том, что Британия параллельно вела переговоры с шерифом Мекки Хусейном ибн Али, обещая поддержать независимость арабов в обмен на восстание против османов. Совместить два направления политики предстояло переговорщикам.

Два человека

Марк Сайкс, 36-летний баронет и депутат-консерватор, был к тому моменту главным «востоковедом» британского истеблишмента - в том смысле, в каком это слово тогда употреблялось. Он много путешествовал по Османской империи, писал книги о ее провинциях, рисовал карикатуры, знал турецкий на бытовом уровне и обладал даром убедительно излагать сложное. Профессиональным дипломатом или ученым-арабистом он не был; его взгляды на местные народы отличались набором стереотипов, типичных для эпохи, и заметно менялись в течение войны.

Франсуа Жорж-Пико был кадровым дипломатом и человеком другой формации. Он служил генеральным консулом в Бейруте до войны, был тесно связан с колониальным лобби и считал сирийские притязания Франции самоочевидными. Именно бумаги, оставшиеся во французском консульстве в Бейруте после его отъезда, попали в руки турецкой контрразведки и стали материалом для процессов над арабскими деятелями, закончившихся казнями в мае 1916 года.

Переговоры они вели с ноября 1915 года. Позиции расходились прежде всего по Сирии: Пико требовал всю территорию от Киликии до египетской границы под прямое французское управление, Сайкс указывал, что внутренние районы, населенные мусульманами-арабами, придется оставить арабам хотя бы номинально. На одной из встреч в декабре 1915 года Сайкс описал предлагаемую линию раздела предельно наглядно: от буквы «е» в слове Acre до последней буквы «k» в слове Kirkuk. Эта фраза стала самой цитируемой характеристикой всего предприятия.

Согласованный текст утрясли с Петроградом в апреле 1916 года: Сазонов получил подтверждение русских претензий на Эрзурум, Трапезунд, Ван, Битлис и часть Курдистана. Окончательно соглашение оформили обменом письмами между министром иностранных дел Эдвардом Греем и французским послом Полем Камбоном 9 и 16 мая 1916 года. Публиковать его не предполагалось.

Что было в документе

Карта делила регион на пять зон.

Синяя зона - прямое французское управление: побережье Сирии, Ливан и Киликия на юге современной Турции.

Красная зона - прямое британское управление: Нижняя Месопотамия с Багдадом и Басрой, а также анклав на средиземноморском побережье с портами Хайфа и Акра.

Зона А - французская сфера влияния: внутренняя Сирия с Дамаском, Хомсом, Хамой и Алеппо, а также Мосул с его нефтяными перспективами.

Зона B - британская сфера влияния: Трансиордания, Негев и полоса земель, тянущаяся от Газы на северо-восток к Киркуку.

Коричневая зона - Палестина, для которой предусматривалась международная администрация, форму которой предстояло согласовать с Россией, остальными союзниками и представителями шерифа Мекки. Такое решение было компромиссом: французы претендовали и на нее, британцы не хотели пускать их к Суэцкому каналу, у России были интересы, связанные с православными святынями.

Существенная деталь: в зонах А и B союзники обязывались признать независимое арабское государство или конфедерацию арабских государств - но под соответствующим французским и британским влиянием, с исключительным правом на поставку советников и чиновников. Формально это не противоречило обещаниям Хусейну о независимости; фактически речь шла о протекторате. Британия получала право свободного порта в Александретте, Франция - в Хайфе.

В апреле 1917 года к схеме присоединили Италию: по соглашению в Сен-Жан-де-Морьене ей обещали Смирну и юго-запад Анатолии. Поскольку договоренность оговаривалась согласием России, а Россия вскоре вышла из войны, итальянские притязания так и повисли.

Три обещания, которые не сходились

К концу 1917 года британская политика на Ближнем Востоке состояла из трех взаимоисключающих обязательств.

Первое - переписка с Хусейном (июль 1915 - март 1916), где арабам обещалась независимость в границах, из которых исключались неопределенно сформулированные районы «к западу от округов Дамаска, Хомса, Хамы и Алеппо».

Второе - соглашение Сайкса - Пико, отдававшее эти же внутренние районы во французскую сферу влияния, а Месопотамию - в британскую.

Третье - декларация Бальфура от 2 ноября 1917 года, обещавшая содействие созданию в Палестине национального очага для еврейского народа. Палестина по Сайксу - Пико подлежала международному управлению, что с декларацией тоже сочеталось плохо. Примечательно, что Сайкс участвовал и в подготовке этого документа: к 1917 году он сам считал свое соглашение устаревшим и искал схему, которая примирила бы арабские, сионистские и французские интересы.

Публикация

Тайну разрушила русская революция. Большевики, придя к власти, начали публиковать секретные договоры царского правительства как доказательство империалистического характера войны. Текст соглашения появился в «Известиях» и «Правде» 23 ноября 1917 года, через три дня его перепечатала британская Manchester Guardian.

Турки немедленно переслали публикацию в Мекку и постарались выжать из нее максимум: Джемаль-паша выступил с речью, предлагая арабам мириться с Стамбулом, пока их не поделили европейцы. Хусейн запросил объяснений у Лондона. Британцы ответили серией заверений - миссией Дэвида Хогарта в январе 1918 года, «Декларацией семерым» в июне 1918 года в ответ на обращение семи сирийских деятелей в Каире и, наконец, англо-французской декларацией от 7 ноября 1918 года, где обе державы объявляли своей целью освобождение народов региона и создание национальных правительств, опирающихся на волю населения.

Эти заявления сыграли роль в том, что арабское восстание продолжилось до конца войны. Реальную политику они не определяли.

Что сбылось, а что нет

Расхожая формула «Сайкс и Пико нарисовали современный Ближний Восток» верна лишь отчасти. Нынешние границы заметно отличаются от карты 1916 года.

Россия из схемы выпала вместе с революцией. Мосул, отданный французам, Клемансо уступил Ллойд Джорджу в декабре 1918 года в обмен на долю в будущей нефти - четверть акций компании, разрабатывавшей месторождения. Палестина международной администрации не получила: она стала британской подмандатной территорией с обязательством исполнять декларацию Бальфура. Итальянские претензии не реализовались вовсе. Границы в Анатолии, предусмотренные соглашением, были перечеркнуты войной за независимость Турции и Лозаннским договором 1923 года.

Окончательный раздел состоялся на конференции в Сан-Ремо в апреле 1920 года, где Лига Наций санкционировала мандаты: Сирия и Ливан - Франции, Месопотамия и Палестина - Британии. В июле 1920 года французские войска разбили арабскую армию у Майсалуна и заняли Дамаск, покончив с недолгим королевством Фейсала. В 1921 году на Каирской конференции британцы выделили из палестинского мандата Трансиорданию и посадили на престолы Ирака и Трансиордании двух сыновей Хусейна. Мосульский вопрос окончательно решился в пользу Ирака решением Лиги Наций в 1925-1926 годах; путь Ирака к независимости 1932 года разобран в отдельной статье. Линию между французской Сирией и британской Палестиной размечали англо-французские комиссии в 1920-1923 годах.

Что действительно осталось от соглашения 1916 года - это два принципа. Первый: арабские провинции не получают независимости, а переходят под европейскую опеку. Второй: раздел идет по линии, отсекающей французский север от британского юга, - и именно этот рубеж, с поправками, стал границей между Сирией и Ираком, Ливаном и Палестиной. Сама идея нарезать на бывшей османской территории отдельные государства с проведенными в европейских столицах границами закрепилась именно тогда.

Символ

В политической памяти региона соглашение занимает место, несоразмерное его юридическому весу. Оно стало кратким обозначением всего комплекса претензий к Западу: тайной дипломатии, нарушенных обещаний, произвольных границ, разделивших племена и общины, и навязанной государственности.

Апелляции к нему звучат постоянно и с разных сторон - от арабских националистов середины века до исламистских движений; в 2014 году группировка «Исламское государство», стирая пограничный вал между Ираком и Сирией, объявила это концом порядка Сайкса - Пико. Историки при этом регулярно указывают, что конкретные границы Ирака и Сирии установлены другими документами, а этнические конфликты в регионе имеют собственную, более древнюю логику.

Оба участника соглашения прожили после него недолго в профессиональном смысле. Жорж-Пико был отправлен верховным комиссаром в Сирию и Палестину, где его репутация среди местного населения оказалась испорчена окончательно. Сайкс, к концу войны разочаровавшийся в собственной схеме и пытавшийся ее пересмотреть, умер в Париже 16 февраля 1919 года, во время мирной конференции, в возрасте 39 лет - от испанского гриппа.